Однако новое знание сделало своё дело: девушка стала по другому оценивать тон и реакции говоривших с ней людей, додумывая ухмылки и намёки, которых, возможно, и не было.
Даже несколько фривольный, но вполне обычный для его манеры поведения, воздушный поцелуй Дениса Олеговича теперь оброс неприятным двойным толкованием.
***
Где-то через полчаса после прихода «гостей», двери кабинета распахнулись и на пороге возникла цветущая и довольная Агнесса Романовна, которую провожал сам босс, широко улыбаясь и кланяясь.
Проводив Горгону, Дмитрий Олегович обернулся к Маше.
- Денис Олегович просил, если Вы будете так любезны и не заняты, сварить ему кофе…
Когда Маша вошла, оба мужчины сидели на диване за низким стеклянным столиком и что-то вполголоса обсуждали. При этом Старший что-то покровительственно говорил Младшему, а тот огрызался и злился.
Маша поставила по чашке кофе обоим братьям, взяла со стола босса первую, уже пустую и собиралась тихонечко удалиться, однако, её остановил раздражённый голос Дмитрия Олеговича:
- Мария… Валентиновна! Я предупреждал Вас насчёт вежливого и уважительного отношения к сотрудникам и, тем более, к администрации этой фирмы?
Девушка замерла и непонимающе уставилась на босса.
- Вы кого-то конкретного имеете в виду?
- Вы прекрасно понимаете, о ком и о чём я говорю! – вспыхнул мужчина, - Если Вы и дальше намерены продолжать вести себя, как хабалка, мы вынуждены будем с Вами распрощаться!..
У Маши на глазах заблестели слёзы обиды и унижения.
***
Когда Денис Олегович вышел из кабинета брата, то взгляд его упёрся в застывшую сгорбленную фигурку на «кухоньке». Голова девушки была низко опущена, а хрупкие плечики судорожно вздрагивали. Не было сомнений, что несчастная горько плакала, забившись в углу.
Сердце мужчины дрогнуло, он прижал голову девушки к груди, предоставляя «жилетку», осторожно погладил по волосам и тихо проговорил, скорее самому себе, чем ей: «Митька может быть таким засранцем!».
- Главное, что ты у нас – Эталон! – прогремело на всю приёмную, и дверь кабинета босса громко захлопнулась.
ГЛАВА 26.
Немного успокоившись и взяв себя в руки, Маша отодвинула в сторону стопку поступивших бумаг, которые сортировала, придвинула к себе чистый лист и аккуратным почерком написала заявление об уходе.
Наверняка, её постараются заставить отработать две недели, пока найдут ей замену.