Остальные, под предводительством десятника, начали медленно съезжать с холма, направляясь прямо через отару к шатрам. То и дело оглядываясь на стадо, Матвей всматривался в землю, выискивая хоть какой-то след. Но там, где прошли овцы, искать было бесполезно. Ехавший рядом Роман привстал в стременах и, осмотревшись, задумчиво протянул:
– Они из степи пришли. Долго тут уж стоят. Вон, вся трава прошлогодняя съедена. Выходит, не могли они тех горцев не видеть.
Ответить Матвей не успел. Со стороны стойбища раздался выстрел и яростный рёв десятника Михея:
– К бою, казаки!
Грохот трёхлинейных карабинов перекрыл все звуки над стойбищем.
– Вот он! – выкрикнул Роман, пришпоривая коня.
– Вперёд! – выдохнул Матвей, давая Буяну шенкелей.
Пара казаков понеслись наперерез убегавшим. Увидев противника, бандиты начали заворачивать в сторону, но казацкие лошади оказались быстрее. Бойцы ворвались в группу, рассекая её надвое. Стрелять казаки не рискнули, опасаясь задеть полковника, которого бандиты везли верхом, со связанными за спиной руками. Понимая, что отпускать этих людей нельзя ни в коем случае, Матвей одним движением выхватил шашку и с ходу снёс одному из бандитов руку по самое плечо.
Сообразив, что схватки не избежать, бандиты обнажили сабли. Отбив чей-то рубящий удар, Матвей дотянулся до другого бандита и, развернувшись в седле, принял на клинок очередной удар, сбрасывая его в сторону. Роман, пролетев мимо, с ходу сцепился с бандитом, ведшем в поводу коня, на котором сидел полковник. Не дать увезти его было первоочередной задачей. Зацепив кончиком шашки ещё одного бандита, Матвей левой рукой метнул нож, всадив его в грудь Романова противника и тут же, отбивая очередной удар, громко крикнул:
– Ромка, увози его, я прикрою!
Ловкий казачок с седла дотянулся до повода полковничьей лошади и, разворачивая коня, погнал его к холму, с которого они съехали.