– А он тогда дознание проведёт и узнает, кто тот пёс брехливый. А уж после я с ним сам разберусь. По-свойски. Чтобы другим неповадно было.
– Не узнает, – злорадно усмехнулся поп."
"«Конечно, не узнает. Это ведь ты придумал», – фыркнул про себя Матвей, но догадку свою оставил пока при себе.
– Узнает, – помолчав, уверенно произнёс парень. – Дядьке Елисею никто врать не станет. Так что, придёт время, всё наружу вылезет. А там уж посмотрим, кому язык укоротить потребно.
– Зачем девке коня отдал? – насупившись, прямо спросил поп.
– Да затем, что у них мерин того и гляди околеет. Надел едва не на себе пашут, а там семеро по лавкам мал мала меньше. И что? Ждать, когда с голоду пухнуть начнут? Всегда так было, что в станице вдовам да раненым помогали.
– И всё? – растерялся поп.
– А чего ещё-то?
– А Катька?
– А что Катька? – озадачился Матвей.
– К ней у тебя чего?
– Ничего. Девка, слова не скажу, пригожая, но пакости я ей никакой не делал и ничего похабного не предлагал. Не тому меня отец с матерью учили, – ушёл Матвей в глухой отказ.
– Да вот потому и пришёл, – со скрежетом почёсывая подбородок, проворчал поп. – Слух про вас прошёл, я и решил узнать, чего тут и как.
– А никак, сам видишь. Из меня теперь полюбовник, как из той колоды. Эх, не вовремя всё случилось, – вздохнул Матвей, осторожно шевеля плечами.
– А чего тебе время? – тут насторожился поп.
– А того, что за зиму можно многое к следующей ярмарке приготовить.
– Так Григорий вроде и сам управляется, – поп небрежно отмахнулся, продолжая зыркать взглядом по углам, словно чего-то выискивая.
– Тяжко ему уже одному в кузне работать. Да и вещи есть, которые одному не сладить. Вторые руки потребны, – наставительно пояснил Матвей.
– Это ты про булат? – быстро уточнил поп, заметно оживившись.
– И про него тоже, – коротко кивнул парень.
– А в чём там секрет? – нейтральным тоном поинтересовался поп, делая вид, что ищет что-то по карманам.
– Там много всего. Так просто не расскажешь.
– Это почему ещё?
– Да потому, что только другой кузнец поймёт, до какой степени металл калить надо и как долго с ним после работать можно. А простой ратай таких вещей и знать не знает, – в голосе парня прозвучало неприкрытое ехидство.
– Выходит, вы ночами железом гремите, потому что секреты свои прячете? – вдруг разозлился поп.
– Нет. Потому что, начав ковать булат, останавливаться нельзя, – ещё ехиднее ответил Матвей.