Стая

И не из-за тупых приколов про свадьбу?

— Мне глубоко по… глубоко… на таких, как этот… как его? Я даже имя его не помню! Главное, чтобы ты сама четко разделяла, что ты делаешь для папы, а что для меня! У нас как будто с этим проблем пока не было!

Юлька вздрогнула от его рыка. Вздрогнула, встряхнулась… и полезла в холодильник за бутылкой вина. Там оставалась початая с ее последнего прихода, сомнительно, что Денис прикончил ее в одиночестве. Из шкафа с посудой выхватила первый попавшийся бокал, — высокий, узкий, — не до эстетики и столового этикета.

— Да вроде не было, — небрежно пожала плечами, — я ж не мазохистка. — Но я точно понимаю, что чего-то не понимаю. Поговори со мной. Я хочу знать.

— А я хочу, чтобы мне не препарировали мозги! Иначе… мне это надоест!

— Имеешь в виду моего отца?

— В частности.

Денис стоял спиной, глядел в темное окно и сыпал в воздух реплики, лишь изредка бросая через плечо колючие взгляды.

Шаурин немного изменился за эти годы, стал… тяжелый, что ли. Нет, все та же литая фигура, широченные плечи, но движения его утратили порывистость, стремительность свою потеряли.

И сейчас он производил впечатление человека, который лишний раз и пальцем не шевельнет, с места не сдвинется, если это не в его интересах.

— Он что-то говорит тебе? Давит? Скажи.

— Курить надо бросать.

— Что?

— Говорю: бросаю курить.

— Шутишь? — У Юльки чуть коленки не подкосились. Не от радости, несмотря на то, что сама время от времени пилила его из-за пристрастия к сигаретам и сейчас должна была быть более чем довольна, а от резкой смены его настроения.

Уже приготовилась к новой волне гнева. Потому и вина себе налила, чтобы все это легко проглотить. Кофе здесь не поможет. А тут спад такой, будто откос под ногами осыпался, а сама в бездну.

— Нет, не шучу. Последняя, — поднял руку с сигаретой, до половины, выкуренной. Как обещание дал."

"Не шутил он вовсе. И не просто так придумал это от нечего делать. Решил отвлечь свое внутреннее внимание от проблемы взаимоотношений с Монаховым, создав себе другой головняк.

Так сказать, перенести центр раздражения. Слишком сильно стал реагировать, часто терять самообладание. В последнее время очень легко поддавался на провокации. А этот фокус с сигаретами, как пить дать, сработает. Та еще психологическая борьба предстоит. С собой труднее воевать, чем с Монаховым.

— Счастье вдруг, в тишине,

Постучалось в двери… — пропела Юля и наконец отпила, отчего-то чуть не подавившись.