Мужчины уже сталкивались несколько раз, и хотя внешне ни тот, ни другой никак не выказывал свое напряжение, Юля знала: особой симпатии они друг к другу не испытывают. Что неудивительно, ибо Ярослав ревновал, а Лёня… Лёне просто положено быть недовольным.
— Вот почему я не Ален Делон? А то я б на тебе, Очаровашка, женился. Спортсменка, комсомолка и просто красавица! И кофе варить умеешь. Что еще для счастья надо?
— Машку за ляжку и козу на возу, — сказала Юля одними губами, и Вуич грохнулся от смеха. Юля подхватив волну, залилась открытым звонким смехом.
— Мне пора, — Слава качнул темноволосой головой, кивая Вуичу, и потянул Юлю за собой, обхватив рукой за талию. — Проводи.
— Провожу…
— Машку за ляжку, — проворчал Слава шутливо, — где ваша субординация?
— О чем ты говоришь, я с шестнадцати лет его знаю, он меня учил водку пить. Какая субординация?..
Ярослав вынул карандаш из узла волос.
— Ты с этим поаккуратнее, голову береги.
Хотел запустить руки в шелковистые пряди, но Юля отклонившись, скривилась:
— Не надо, у меня голова болит. Не люблю, когда трогают, ты же знаешь.
Слава раздраженно выдохнул, напряг губы и щёки. Но потом расслабился и обнял ее. Прижался губами к щеке, скользнул к уху.
— Вот что ты меня мучаешь?
— Я? — слегка усмехнулась Юля. — Ты сам Герасим – на все согласен. Нет! — воспротивилась поцелую. — Я же болею, заразишься еще!
— Ты не представляешь, насколько у меня стойкий иммунитет.
Все равно приник к губам. Мягко и нежно, умело. Но его поцелуи всегда казались холодными. Как тот, самый первый, на крыльце кинотеатра много лет назад.
— Слушай, Очаровашка, — назидательно сказал Лёня, когда Юля вернулась на кухню, — ты давай заканчивай свои игрульки. А то приедет Большой Брат и снимет скальп с этого иноземца.
— Лёня не лезь не в свое дело, пожалуйста, — в эту минуту ее лицо стало начальственно гордым. — А то как бы тебе самому не досталось.
— Вот только не надо… — погрозил пальцем, — не надо портить нашу сердечную дружбу таким грубым и наглым шантажом.
— Даже не пытаюсь, но мы с тобой договорились о неприкосновенности территорий, ты помнишь?
— Если б я нарушил нашу договоренность, я бы этому… дяде с большими ушами, уши то пооткрутил.
— Ты-то за что? — весело уставилась на него серо-зелеными глазами.
— А просто так.
Юля проводила Лёню и тяжело опустилась на диван.