Никогда не видела такого его взгляда.
– Как?
– Я просто создам видимость, что не заметила твоего отбытия, а ты – сделаешь вид, что не говорил мне подобных слов. Идёт?
Мой голос дрожит. Срывается с губ хриплыми короткими звуками, в которых мало что можно понять.
– Соф… помоги найти сына.
– Да какого к чёрту сына?!
Не выдержав, я вскакиваю на ноги и, схватив солонку, кидаюсь ею в мужа."
"Какого, чёрт бы всё побрал, сына? Откуда? Что за хрень он вообще несёт?
– Моего, Сонь… у меня всё это время семья вторая была.
На мгновение я застываю. Это не может быть правдой. Вот то, что сейчас так спокойно произнёс муж, просто не может быть правдой. Но он начинает говорить – быстро, сбивчиво, как будто боится, что я в любой момент его остановлю и выпру на хрен. Именно это ведь желание сейчас у меня и превалирует.
– Но сейчас всё неважно. Ты же как ведьма иногда – скажешь и всё сбудется. А сейчас Марк пропал. Убежал куда-то и всё. А он ведь маленький такой. Беспомощный. Помоги, Сонь. Любые деньги заплачу.
Всё. Это край.
Господи, какие идиотские мысли, когда твой мужик только что признался, что у него есть вторая семья!
– Уходи, – шепчу из последних сил, желая сейчас лишь того, чтобы Верниковский поднялся и вышел куда подальше. – Уходи!
– Сонь…
Столько всего в этих четырёх буквах, что я сама в шоке.
– УХОДИ!
Я начинаю выпихивать Даню – туда, где прихожая.
– Уходи, уходи, убирайся… убирайся!!!
Я ору и ору, как какая-то долбаная истеричка. Нет времени остановиться, нет желания думать. Так нельзя поступать с теми, кого любишь. Даже если Даня меня просто разыгрывает. Если же нет… это всё. Крах, конец всему… смерть.
Именно это я и ощущаю – желание сдохнуть. Лечь прямо в прихожей, на коврике. Возле двери, которую только что закрыла за мужем. Босым, не успевшим даже надеть обувь.
Рыдание такое неожиданное, вырывается из груди жутким протяжным всхлипом, что я боюсь сама себя.
– Сооооонь! Сонь! Открой!
Даня стучит в дверь, колотит так, что наверняка все соседи уже в курсе нашего скандала. Плевать. Плевать на всё. Мне просто нужно время на то, чтобы сделать вдох. Потому что я уже осознала – Даня не врал. Он действительно всё это время жил на две семьи. И это чудовищное предательство. Его я вряд ли смогу пережить.