У меня в машине было припрятано одеяло и маленькая аудиоколонка – я надеялся, что после мероприятия мы сможем на какое-то время задержаться на территории и полюбоваться звездным небом.
За последние две недели нам лишь изредка выпадал случай побыть наедине. Хотя родители Руби не строгие, но сама вероятность, что они могут войти в комнату в любой момент, натолкнула меня на мысль, чтобы я держал по отношению к Руби дистанцию. Я действительно не хотел показаться Беллам неблагодарной скотиной. В конце концов, им я обязан крышей над головой.
Я нашел Руби у костра. Она стояла рядом с ректором Лексингтоном, который как раз завершал мероприятие и благодарил всех за участие. Отблеск костра озарял ее лицо жарким светом, и она казалась чуть ли не ангелом возмездия.
Не сводя с нее глаз, я достал из кармана телефон и сделал снимок. Приятная дрожь пробежала по телу, когда я рассматривал фото.
Я уже хотел убрать телефон, как вдруг высветилось новое сообщение. Волосы встали дыбом, когда я увидел – оно от отца.
Но когда я открыл его сообщение, мне стало ясно, что я заблуждался. Для отца вопрос не был закрыт. Для него все только начиналось.
Ты сам не захотел по-хорошему.
16
ДжеймсЯ ничего не рассказал Руби о сообщениях отца.
Я знаю, что это неправильно. Мы поклялись, что у нас не будет тайн друг от друга и что мы будем обсуждать все, что нас гложет.
Его целью было, видимо, запугать меня, но он добился ровно противоположного. Я еще никогда не был так уверен, что принял правильное решение.
Субботним вечером я дождался, когда Руби ушла в ванную, чтобы подготовиться к вечеринке у Рэна, и пошел в комнату Эмбер. Набрал в легкие воздуха и, наконец, постучался в приоткрытую дверь.
– Да? – отозвалась Эмбер. Она сидела за своим письменным столом с открытым ноутбуком и чашкой чая в руке. Увидев меня, она вопросительно подняла брови.
– У тебя не найдется немного времени? – спросил я.
Эмбер кивнула:
– Конечно, входи.