Это было для меня уроком, я научилась ценить свои чувства и желания. И тебе могу посоветовать то же самое, Эмбер.
Я подумала над ее словами. Я сказала ей, что мне не нравится ее поведение.
Еще никто не обижал меня так сильно, как это сделал сегодня Рэн. Может, сказать ему?
Я считаю свинством, что ты устроил новоселье без меня. Я-то думала, мы друзья."
"Когда я напечатала эти слова, то сама себе показалась обнаженной. Такое же ощущение возникает, когда я пишу в своем блоге что-то личное и говорю о сокровенных вещах.
Я сомневалась, но недолго, а потом взяла пример с мамы и отослала это сообщение. После отключила телефон и положила его на диван экраном вниз.
– Спасибо, мама, – тихо поблагодарила я.
– Ты хочешь мне что-нибудь рассказать, солнышко?
Я отрицательно помотала головой. Прислонилась к папиному плечу и вытеснила Рэна Фицджеральда из своих мыслей.
Джеймс– Итак, – сказал Алистер, чокаясь с Рэном бутылкой пива, – мне здесь нравится.
Рэн удивленно поднял брови и осмотрелся в своей комнате, как будто сам видел ее впервые.
– Мне тоже, – поддакнул я Алистеру, причем искренне. Может, эта комната и не такая просторная, как была у Рэна раньше, и, может, стены в ней оклеены не такими бесстыдно-дорогими обоями, но тут очень уютно, и Рэну удалось придать ей что-то свое. Он повесил несколько картин в рамах и выставил на полке кубки по лакроссу, все, какие мы выиграли за последние годы. Алистер, Кеш и я подарили ему стеклянный набор для виски, и теперь он украшал письменный стол.
– Дом и правда уютный, – заметила Руби и привалилась ко мне, и я машинально погладил ее по спине, разглядывая Рэна.
Что-то с ним в этот вечер было не так. Он не выпускал из рук телефон и иногда минутами таращился на экран.
Он казался подавленным, и я думаю, это объяснялось не только тем, что в его новой комнате не нашлось места для стульев, поэтому мы все сидели на полу.
– И сад у вас довольно большой, – добавил Алистер. – Если будет недоставать бассейна, мы купим тебе надувной летом.
И он пошел по комнате и перешагнул через ноги Кеша, не взглянув на него. Потом сел по-турецки между мной и Рэном. Кеш наморщил лоб и стал перебирать пальцами кисти ковра на полу.