Он оторвал губы от моих, но так и не выпустил лицо из ладоней. Когда я открыла свои глаза, то увидела, что его глаза все еще закрыты.
– Джеймс…
Руки его дрожали.
– Мне очень жаль, – хрипло сказал он. – Мне… так жаль.
– Что? – настойчиво спросила я, вцепившись в запястья. В этот момент мне хотелось держать его как можно крепче. – Джеймс, я боюсь.
Дыхание Джеймса было прерывистым. Меня просто убивало то, что сделала с ним встреча с отцом.
– Что случилось? – прошептала я, поглаживая большими пальцами его запястья.
Джеймс выдержал мои прикосновения еще несколько секунд, потом откинулся на спинку сиденья. Обеими руками потер свое лицо.
– Отец… – Кажется, он с трудом подыскивал подходящие слова. – Он победил.
Размытые огни дорожных фонарей равномерно проносились мимо нас, но создавалось впечатление, будто время остановилось.
– Что?
– В понедельник мне придется вернуться в «Бофорт». – Он откашлялся. – А сегодня вечером вернуться домой.
– Нет, – вырвалось у меня. – Нет, Джеймс.
– Слишком многое поставлено на карту. И риск велик.
Я отрицательно покачала головой.
– Руби…
– Нет! Чем бы он тебе ни грозил, это не стоит того, чтобы ты жертвовал своим будущим.
Он смотрел на меня долгим взглядом, не говоря ни слова. Потом вздохнул:
– Увы, стоит.
– Чем он тебя шантажировал? – еле слышно спросила я.
Джеймс отрицательно мотал головой, но я не отставала:
– Мы же поклялись, что у нас не будет тайн друг от друга.
– Руби…
– Ты обещал!
– Он погубит твою семью. Не только Оксфорд, но вообще все, что для вас важно.
Мне показалось, что я больше не могу дышать.
– Вы так много для меня сделали, – продолжал он. – Я не могу этого допустить.
– Мы… – Голос отказал мне, пришлось прокашляться. – Мы найдем выход. У него ничего не получится.
– Руби, послушай меня…
– И не подумаю! Я не допущу, чтобы ты отказывался от своих планов, Джеймс.
– Это не тебе решать, малышка, – ответил Джеймс нестерпимо нежно. Он поднял руку и погладил меня по щеке костяшками пальцев.
Я отшатнулась от него.
– Как ты можешь снова и снова допускать, чтобы он тобой управлял? – возмутилась я."
"Джеймс сжал губы.
– Ну вот, опять ты молчишь, – вспылила я. – Мы же одна команда. Ты не можешь просто так… ты не можешь просто так повернуться и уйти.