Он энергично откашлялся, набрал воздуха в легкие, и все это проделал еще раз.
– На фотографиях однозначно была мисс Белл.
– Снимки обработаны. На самом деле Руби и Грэхем беседовали о мероприятии.
Я полезла в сумочку, достала телефон и открыла те снимки, которые переслал Джеймс. Я повернула экран к Лексингтону.
Он сощурил глаза и подался вперед. Я видела, как выражение его лица меняется. Он помотал головой и потер пальцами переносицу.
– Боже правый, Мортимер, что ты наделал? – пробормотал он так тихо, что я едва расслышала его слова.
– Отец хотел защитить меня. Очень странным образом, на свой манер, – сказала я автоматически. Понятия не имею, откуда во мне возникло чувство, что я должна оправдываться за него.
Лексингтон задумчиво посмотрел на меня. Вертикальная морщинка пролегла у него между бровей.
– Я больше двадцати лет ректор этой школы, но такого… такого еще не случалось.
– Я готова на письменное заявление. Грэхем тоже. Мы сделаем все для того, чтобы Руби могла закончить школу. Она не может быть наказана за наши ошибки, сэр.
Лексингтон кивнул:
– Мисс Белл может снова прийти в школу. Я немедленно свяжусь с ее матерью.
– Мне очень жаль, что я обрушилась на вас с этим в выходной день. Но я не могла больше ни секунды молчать об этом.
– Спасибо за вашу честность. Наверняка это было нелегко.
Я лишь кивнула и протянула ему руку.
– Желаю вам всего хорошего, мисс Бофорт, – сказал Лексингтон и коротко пожал ее.
Я развернулась и пересекла фойе. Выйдя наружу, я глубоко вдохнула свежий воздух и на мгновение закрыла глаза.
Я вернулась через парковку к остальным. За это время все трое вышли из машины. Грэхем, сунув руки в карманы, привалился к машине, Руби стояла, прислонившись к Джеймсу, который что-то нашептывал ей на ухо. Увидев меня, она замерла.
Я победно улыбнулась ей.
В следующий момент Руби оторвалась от моего брата и быстрыми шагами пошла мне навстречу.
– Я лучшая! – крикнула я и вскинула руки вверх.
Она смотрела на меня, не решаясь поверить. Последний отрезок пути между нами я преодолела бегом. Обхватила Руби за плечи и засияла в улыбке.
– Приказ о твоем исключении из школы отменен и тотчас прекращает свое действие, – сказала я.
Руби взвизгнула.
– Нет!
Я кивнула:
– Да.
– Нет! – Она бросилась мне на шею. Она стиснула меня в объятиях так крепко, что чуть не задушила.
– Спасибо, – всхлипывала она. – Спасибо, спасибо, спасибо.
Я тоже крепко обнимала ее.