Неподалеку от колодца я увидел потухшее кострище, а рядом узелок с нехитрым нищенским скарбом. Вот только это для меня такие вещи ничего не стоят. Для какого-то нищего в этом узелке заключался весь его быт. И он бы не бросил его вот так просто. Значит, здесь и вправду что-то случилось.
— Часа четыре прошло почти, — сказал Ульяшин, пощупав остывшие уголья.
— Похоже на то, — ответил я ему. — Следы в лес ведут, как будто бежали за кем-то.
Околоточный прошел по указанной мною цепочке следов.
— Вот он, Яков Платоныч, — воскликнул он, указывая куда-то в сторону леса.
Я подошел ближе. Тело убитого нищего закрывал от нас сугроб, поэтому мы и не увидели его от колодца. Труп лежал лицом вниз, на спине следы от двух огнестрельных ранений.
— Две смертельных раны, — указал на них Ульяшин.
Мы перевернули бедолагу на спину. Лицо его было мне незнакомо. А по одежде типичный городской нищий. Как и большинство убитых за последнее время. Нет, все же эти убийства связаны. Но только выбором жертвы, больше ничем.
— Тело в мертвецкую отправляйте, — велел я околоточному. — И осмотрите здесь все внимательно, может, найдете чего.
— Слушаюсь, Яков Платоныч, — ответил Ульяшин.
Я еще раз окинул взглядом место преступления и заметил свежий скол на дереве. Похоже, сюда попала пуля и отколола щепку. При помощи ножа я извлек из дерева свою находку и показал Ульяшину.
— Револьверная, — сказал он, рассматривая мою находку.
— Похоже на кольт, — ответил я ему задумчиво.
Доктор Милц по моей просьбе первым делом извлек обе пули, попавшие в тело нищего.
— Вот эта пуля, она из охотничьего ружья, — показал он свою добычу. — Она попала в позвоночник в районе поясничного отдела.
Я рассмотрел пулю, которую доктор аккуратно держал пинцетом. Должен сказать, она была весьма необычная.
— Пуля Куликовского к литтихскому штуцеру образца тысяча восемьсот сорок третьего года, — произнес я с недоумением.
Кому понадобилось стрелять из устаревшего оружия, когда так несложно достать современное?
Доктор Милц покачал головой.
— Вы действительно блестяще разбираетесь в оружейном деле, — похвалил он меня, — но не эта пуля оказалась смертельной. А смертельной стала вот эта.
И он поднял пинцетом с лотка другую пулю, уже вполне современную, чрезвычайно похожую на ту, что я извлек из ствола дерева на месте преступления.