Конечно, мне это было выгодно, ведь за каждого абонента я получаю деньги, но я неоднократно предупреждала ее, что нельзя так часто менять мужчин. До добра это обычно не доводит.
– Значит, вы уверены, что Широкова погибла из-за неразборчивости в связях?
– Конечно, – Тамара Николаевна удивленно взглянула на Настю, – а из-за чего же еще?
– Не знаю. Вы можете дать мне список абонентов, которых вы рекомендовали Широковой, и список тех, кому вы рекомендовали ее?
– Разумеется, все это есть в компьютере. Вас еще что-нибудь интересует?
– Меня интересует все.
– Самым обыкновенным. Она пришла в агентство.
– Что, прямо вот так, с улицы? Или кто-то порекомендовал ей воспользоваться вашими услугами?
– Не знаю. Она ничего не говорила о рекомендациях. Я постоянно даю рекламу в газетах, и люди ко мне приходят, в этом нет ничего необычного. Для того и существует реклама, чтобы дать знать о себе.
– Понятно. Людмила рассказывала вам о своих проблемах, говорила, что хочет найти мужа, который соответствовал бы определенным стандартам, да?
– И да, и нет.
– Да что вы?
– Видите ли, я – профессиональный психолог. Не думайте, что если я занимаюсь подбором пар для знакомства, то больше ничего в этой жизни не умею. То есть я хочу сказать, что именно это я как раз и умею делать достаточно профессионально.
– Пожалуй, – осторожно согласилась Настя. – Вид у вашего офиса действительно не очень презентабельный.
– Все очень просто. Здание автокомбината покупает один крупный банк, так что жить мне в этом помещении осталось от силы два-три месяца. Эта тягомотина с продажей здания и переездом тянется уже почти год, я живу практически на чемоданах, потому и ремонт не делаю, и новую мебель не покупаю.
Тамара Николаевна включила компьютер и начала искать сведения, которые были нужны Насте. Работала она быстро, и было видно, что эта грузноватая и не особенно холеная женщина обращается с электронной техникой легко и привычно.
– Вы разрешите мне позвонить?
– Пожалуйста, – откликнулась владелица бюро знакомств, не отрывая глаз от экрана монитора.