Он… обаятельный нахальный мажор, а это вообще опасное сочетание.
Молча кладу смартфон на приборную панель, говоря:
— Не паркуйся, я тут выйду.
Парень не реагирует, продолжая парковать машину. Забирает телефон с панели и выключает звук, посмотрев на дисплей. Потом кладёт его в карман толстовки, глуша двигатель. Я ожидаю чего-то вроде «не ломайся” или “давай отлично проведём время”, но вместо этого он кивает и серьёзно говорит:
— Провожу тебя, а то в лужу сядешь.
Молча киваю в ответ, пряча глаза. Это очень смахивает на заботу, и это… неожиданно приятно.
Он выходит из салона в мокрую холодную ночь, накинув на голову капюшон и прихватив с собой ключи от машины. Открыв мне дверь, протягивает руку. Сжимает мою ладонь и не отпускает, пока мы молча идем к подъезду. Здесь всё усыпано липким противным песком, но зато не переломать ноги.
Макс смотрит на свои белые кроссы и цокает языком.
— Мля.
Улыбаюсь и начинаю волноваться, потому что эта короткая прогулка такая обманчиво-естественная. Такая повседневная и, чёрт возьми, уютная.
У подъезда мы останавливаемся, развернувшись друг к другу лицом. Макс смотрит на меня исподлобья. Серьёзный и наигранно грустный. Такой милый и… блин… нет.
Аккуратно забираю свою руку, пряча её в карман.
Пора уходить…
Чувствуя эту слабину, он обнимает рукой мою талию, и легонько тянет к себе. Делает это глядя мне в глаза. Медленно склоняется и оставляет на моих губах лёгкий поцелуй, прошептав:
— Ну, пока?
— Пока… — шепчу я, не двигаясь.
Он тоже не двигается. Мы опять смотрим друг на друга, но он на меня никак не давит. Просто разбрасывается нежными поцелуями и смирением.
Упрямо ищу в кармане ключи. Быстро прикладываю таблетку к домофону и открываю дверь, бросив на него прощальный взгляд.
Он стоит, запихнув руки в карманы толстовки. Слегка расставив ноги и откинув голову назад.
— С Новым годом, — тихо говорю я, заходя в подъезд и закрывая дверь.
Медлю пару секунд, а потом несусь на второй этаж и останавливаюсь напротив своей квартиры.
Прижимаюсь лбом к двери и закрываю глаза. Шумно дышу, разрываемая своими разбушевавшимися гормонами и его покладистыми повадками.
Рычу, топнув ногой.
Разворачиваюсь и бегу вниз, перепрыгивая через три ступеньки. Ударяю пальцами по кнопке домофона и распахиваю тяжелую подъездную дверь.
Выдыхаю, замерев на пороге.
Макс стоит всё в той же позе, поджав плечи от холода, как какой-то сиротливый потеряшка.