Кладу руки на его плечи, чтобы не упасть, а Славик придерживает меня за капюшон.
Макс распускает шнурки, после чего затягивает туже, спрашивая:
- Так?
Подумав, нагло заявляю:
- Не на той ноге.
Он послушно перешнуровывает второй конёк, а когда выпрямляется, я получаю ощутимый шлепок по заднице и наставление:
- Покатайся ещё.
Славик молчит, из чего я заключаю: он тоже “за” то, чтобы я «покаталась ещё».
Козлы. Оба.
Послав говорящий взгляд, удаляюсь, но только потому, что сама не против покататься ещё.
Покататься и подумать о том, что вообще происходит с моей жизнью?
Как так вышло, что мы с Максом Немцевым этим вечером выглядим, будто престарелая супружеская пара: держимся за руки, периодически обмениваемся целомудренными поцелуями и не ссоримся на людях.
Но самое главное заключается в том, что на возмущение моего Славика в трубку, мой временный квартирант представил себя “Максом”.
Так и сказал: “я - Макс”.
Очевидно, в этом и заключается суть наших отношений.
Он не назвал себя моим парнем (не то, чтобы я этого ждала), позволив Славику делать какие угодно выводы.
Я провожу этот день вместе с Максом Немцевым и мне… офигеть как нравится этот день...
Так нравится, что я начинаю всерьез за себя волноваться.
"
"Десять минут спустя всё же замерзаю окончательно и бесповоротно, поэтому, отделившись от движущейся по кругу толпы конькобежцев, направляюсь к парням.
Увидев меня, Макс распахивает руки, намекая на то, что я должна послушно повиснуть у него на шее.
Так и делаю.
Обнимаю его, позволяя двум сильным рукам прижать меня к себе.
- Я замёрзла, - ворчу, заглядывая в его лицо, а потом, в очередной раз наплевав на здравый смысл, тянусь к его губам.
Они встречают меня на полпути.
Холодные и мягкие.
А его лицо… расслабленное и, даже не знаю, довольное? Будто ему нравится сегодняшний день не меньше, чем мне. Он такой спокойный, что я и сама чувствую спокойствие. Будто всё так, как и должно быть.