- Это из-за меня, что ли? При чем тут он? Не он же мне телефон в сумку подбросил.
- Он должен был защищать тебя, а вместо этого позвонил мне и обвинил тебя во всех смертных грехах."
"В груди неприятно стягивает. Баталов мне никто, но все равно обидно.
- Ты тоже обвинил меня заочно, - напоминаю, искоса на него поглядывая.
- Было дело… - соглашается легко, - но я бросил стажировку в Лондоне и сорвался на несколько дней раньше, чтобы услышать твои объяснения.
- Я не знала…
- И, бл@ть, даже если бы ты на самом деле украла этот всратый телефон, я бы все равно защищал тебя!
- Почему?
- Потому!
В попытке скрыть растягивающую губы улыбку, прикусываю их изнутри и отворачиваюсь к окну.
Черт подери, как приятно! Чувствовать себя нужной, знать, что кому-то ты нужна такой, какая есть.
Это… Это же любовь? Или симпатия? Я не знаю, Герман мне о чувствах никогда не говорил. Но, наверное, не все умеют о них говорить. И потом, слова не так важны, как поступки. А поступки Германа говорят о многом.
Он меня любит.
- Открой бардачок, - обращается он ко мне.
Тяну рычажок на себя, а когда крышка плавно опускается вниз, перед моим взором предстает белая прямоугольная коробка.
- Твой новый телефон.
С благоговейным трепетом беру ее в руки и смотрю на логотип производителя.
- Он стоит бешеных денег.
- Не начинай, - отмахивается Греховцев, - твой старый я сегодня же выкину, на него без слез смотреть не возможно.
- Герман…
- Надо будет еще ноут тебе купить для учебы.
- Спасибо, - шепчу тихо, чувствуя, как в уголках глаз начинает щипать.
Греховцев, заметив перемену в моем настроении, бросает на меня короткий взгляд и недовольно хмурится.
- Странная… Самая странная из всех, кого я знаю.
- Прости.
- А если я тебе украшение подарю, с тобой истерика случится?
Я собираюсь было начать с ним спорить, чтобы даже не думал ничего мне дарить, но в последний момент осекаюсь. Пора себя менять.
После возвращения домой Герман почти сразу начинает куда-то собираться. Принимает душ, надевает белую рубашку и темно-серый деловой костюм и душится своим парфюмом.
- У тебя дела? – интересуюсь осторожно.
- Да, вечером меня не жди. Буду поздно. Собрание в мерии в неформальной обстановке.
Поцеловав меня на прощание, он уходит. Я же, переделав незначительные дела по дому, решаю посмотреть какой-нибудь фильм.
Включив новый, привезенный еще утром телевизор, выбираю старую мелодраму, но досмотреть ее не могу. Нет настроя. Без Германа его квартира лишь пустое неуютное помещение.