Если к тому же их дочь будет тетей моей дочки или сына!
– Прекрасно, действительно прекрасно! – говорю я, в некотором замешательстве размышляя о том, какой будет наша разросшаяся семья.
И думаю о моей матери и о том, как мне ее не хватает. По крайней мере, в этом я искренен.
33
Вернувшись в офис, я замечаю, что дверь кабинета Джорджо открыта. Одной рукой он водит компьютерной мышью, другой держит телефон, по которому тихо с кем-то разговаривает.
– Да. – И он начинает смеяться. – Вот именно. Еще чего не хватало… За это тебе и платили.
– Ну как прошел обед?
– Хорошо. Я был у отца.
– А, и как он?
– Отлично, ждет ребенка.
– И он тоже? Значит, это семейный дефект, вы очень плодовиты. Тут входит Аличе.
– Хотите кофе?
– Да, спасибо.
– Пожалуй, мне тоже, – говорю я и, прежде чем она уйдет, добавляю:
– Аличе, спасибо за конспекты проектов, они очень хорошо подготовлены.
Она улыбается.
– Спасибо, но я предпочитаю обращаться к вам «вы».
– Как хочешь.
И все-таки она счастлива.
– Так, значит, они вам пригодились?
– Да, очень.
– Я очень рада.
Аличе идет за кофе для нас, и Джорджо вставляет один из своих метких комментариев:
– Ну и отлично, так она будет работать все лучше и лучше. Увидимся позже.
Я вхожу к себе в кабинет и вижу на столе тщательно запечатанный сверток.
«Ты всегда был со мной. Б.»
Всего одна «Б.», но у меня нет сомнений.
Я выхожу в коридор и зову Сильвию – секретаршу, дежурную в приемной.
– Слушаю вас.
– Кто положил этот сверток на мой стол?
Сильвия краснеет.
– Я…
– А кто его принес?
– Курьер, около полудня.
– Хорошо, спасибо.
Вижу, как Джорджо опускает очки. У него в руках какие-то листки. Может быть, проект.
– Ну и какой он?
– Замечательный. Очень хороший, мне кажется.
– Хорошо, пока.
Я закрываю дверь. Сажусь за стол и какое-то время смотрю на этот сверток. Потом беру его, пытаюсь определить вес. Похоже на книгу. Может, это и впрямь книга, только большая. Разворачиваю бумагу. Я ошеломлен. Этого я никак не ожидал. В свертке альбом с фотографиями. К первой странице прикреплена еще одна записка.
«Привет. Я рада, что ты его открыл. Боялась, что ты можешь его выбросить, даже не развернув.