– Эй, ты…
– А ну молчи. Тихо, тебе говорят.
Банни идет за мной. Когда мы выходим на балкон, он закрывает за собой дверь. Я вижу, что из комнаты кто-то за нами наблюдает, но вскоре теряет интерес и продолжает стоять в очереди за все еще горячей полентой. Банни сдвигает два шезлонга, тем самым перекрывая доступ к той части балкона, где находимся мы. Правой рукой я толкаю парня лицом к стене, прижимая его к ней всей щекой. А левой рукой, чтобы он не вырвался, держу его за волосы.
– Ай, черт, да больно же!
– Ничего страшного.
Парень, прижатый щекой к стене, дергается и лягается."
"– Но я же не могу на тебя посмотреть!
– Ты меня видел раньше, когда я шел тебе навстречу, ты меня узнал. И все-таки я освежу твою память: я тот олух, у которого ты хотел спереть мотоцикл, но вместо этого только взломал руль.
Теперь и Банни все знает. Краешком глаза я вижу, как он скрещивает руки и наклоняет голову набок, словно хочет получше рассмотреть этого парня. А потом качает головой, будто говоря: «А вот этого тебе явно не стоило делать.
И я обеими руками ударяю этого типа башкой об стену.
– Ну как, теперь вспомнил? Или напомнить получше?
– Ой, да, да, извини, я не знал, что он твой, я сделал глупость.
– Ну да, глупость ценой в пятьсот с лишним евро…
И с этими словами я, по-прежнему прижимая к стене его голову, которую держу за волосы, правой начинаю его обыскивать. Парень ерзает.
– Тихо, тихо, будь паинькой…
И я с силой оттягиваю его голову назад за волосы, сжав их в кулаке.
– Я же сказал: будь паинькой.
И я продолжаю обшаривать его до тех пор, пока во внутреннем кармане его джинсовой куртки не нахожу бумажник.
– Ага. А вот и он… – Я его вынимаю. – Какой он пухлый!
Опираясь одной рукой о стену, я его открываю, достаю все деньги, которые там есть, и бросаю на пол.
– Ну и откуда они у тебя? На этот раз тебе удалось сбыть хороший мотоцикл, а?
Но я не жду ответа. Я прижимаю его к стене еще сильнее и быстро отступаю на два шага назад, держась на расстоянии, а потом начинаю считать деньги:
– Сто, двести, триста… шестьсот.
Парень быстро подбирает бумажник и деньги, а потом получает мощный удар в задницу.
– Ой, черт!
– Ничего, пустяки.