Ну и что в этом такого? Меня не было здесь полгода, это естественно, что мне передают привет. Я даже дал ей прочесть это сообщение. Мне нечего прятать.
– Знаю, но бывшие – они как занозы. А как занозу не поверни, всегда больно.
– Хорошее сравнение, сеструха, я его кому-нибудь продам, никогда его не слышал. Зато есть другое сравнение, известное, про песок в трусах. Но твое – более колкое.
– Однако безотносительно к сравнению, старайся, чтобы он туда к тебе не попадал. Это неприятно. Поверь мне.
– Хорошо, убедила. Ладно, пошли танцевать!
И они идут на танцплощадку.
Когда я выхожу из кабинки, все еще танцуют, музыка гремит, и звучит знаменитая песня Глории Гейнор «Я выживу». Я улыбаюсь. Я не настолько уверен, что выживу, но мне лучше, самое неприятное прошло, голова уже не так кружится.
– Эй, а где ты пропадал? Я тебя нигде не могла найти! – Джин берет меня под руку, а потом смотрит в глаза. – Как ты себя чувствуешь?
– Потихоньку оживаю…
– А я – никакая. Я так много танцевала, что теперь совсем без сил и сняла туфли!
– Ну и правильно сделала.
Она смотрит на меня с любопытством.
– Все было просто замечательно, правда?
– Да, отлично.
– И даже отец Андреа не подкачал. Я боялась, что он заведет свою волынку надолго, но он, в общем, произнес хорошую проповедь – короткую и очень сильную. Он даже острил, но не слишком. Одним словом, мне действительно понравилось.
– Да, если будем жениться снова, возьмем его же.
– Дурак! Так ты уже передумал?
– Нет, я уверен, как никогда.
– Хорошо, и я тоже. Так что, если ты не против, я бы пошла.
– Согласен.
И мы убегаем в ночь, никому ничего не сказав. Нас отвозит шофер, который был предусмотрен с самого начала. Мы подъезжаем к небольшой гостинице «Вилла Клементина», в нескольких километрах от Сан-Либерато.
– Добрый вечер. Мы заказали у вас номер. – Я перевожу взгляд на Джин и ей улыбаюсь. – Мы супруги Манчини.
Для меня это звучит так странно. Джин мне улыбается: ей любопытно, она взволнована. Зато хозяйка не обращает внимания ни на что – даже на то, что мы оба в свадебной одежде; может, она этого даже не заметила. Во всяком случае, она ничего не говорит. Так даже лучше.