Три метра над небом. Трижды ты

Внезапно на Ивано накатывает новый приступ ярости. Он подходит к Паломби и изо всех сил пинает его в голень.

– Вот говнюк! Это ты меня впутал в это дерьмо!

Паломби вопит.

Ивано подносит обе руки ко лбу и, используя их в качестве обруча, откидывает волосы назад. Потом опускает руки и, успокоившись, оборачивается к Даниэле."

"– Это верно. Вы-то тут никаким боком. Да и к тому же, это вопрос частной неприкосновенности. Пока существуют такие козлы, как он, мир никогда не станет лучше. Пошли…

Он открывает дверь, выходящую в коридор.

Такое впечатление, будто это коридор относится к другой квартире. Стены – небесно-голубые, с белыми каемками. На них развешаны литографии – разные виды Нью-Йорка, Лос-Анджелеса, Сан-Франциско, все в американском стиле. В конце коридора, за углом – три закрытые двери. Ивано открывает одну из них и входит в небольшой кабинет. Здесь тоже царит беспорядок, но атмосфера лучше: света больше, а стены светлее. Заметно, что в этой части квартиры недавно был ремонт. На большом столе – несколько компьютеров, кинокамеры, маленькие фотоаппараты компании «Кэнон» – цифровой зеркальный «Кэнон 7D», один фотоаппарат фирмы «Сони». Вокруг – несколько железных стеллажей с многочисленными папками. Каждая из них пронумерована – начальной буквой и цифрой. Ивано открывает ящик и достает из него большую темную тетрадь. Когда он ее открывает, Даниэла замечает, что это алфавитная книга. Ивано ее пролистывает и останавливается на букве «К». Открыв ее на этой букве, он находит соответствующий кодовый номер – «А327». Он встает, берет папку, открывает ее. Она набита дисками и маленькими кассетами.

– Вот, все материалы здесь, это копии оригиналов. В Кастельди-Гвидо была всего одна вечеринка, но очень удачная. Было больше семисот человек. От меня потребовали установить разрешенные видеокамеры. Это было обязательно. – Ивано не верит, что их убедил, но это его не особенно волнует. – А теперь убирайтесь. Я вас никогда не видел и, самое главное, ничего вам не давал.

Когда они возвращаются в гостиную, Паломби уже исчез.

– Ну вот, этот козел смылся. Понял, скотина, что я раздумывал, прикончить мне его или нет. – Потом Ивано переводит взгляд на девушек. – Смывайтесь и вы. И забудьте этот адрес. Если заявится этот перец из полиции, из службы информационной безопасности, то я, ей-богу, тебя разыщу.

Девушки молча выходят. Даниэла входит в лифт, крепко прижимая к себе эту кассету А327, и вскоре они оказываются на улице. Наконец-то они могут дышать полной грудью.