Он сидит на вращающемся стуле, а Джури – напротив него, на диване: он листает один из тех журналов, которые наполнены фотографиями вип-персон.
– Привет, Риккардо, привет, Джури. Что происходит?
– Привет, Стефано, – отвечает мне один Риккардо. – Это ты мне скажи, что происходит. Мы ничего не знали про эту воду.
Он сказал «мы». Джури на секунду перестает читать и, едва подняв подбородок, делает легкий намек на корпоративное приветствие, даже не утруждая себя никакими словами. Моя интуиция подсказывала правильно: я должен был его тогда отлупить.
– Почему ты так говоришь? Мы это обсуждали, провели особое совещание и даже сделали прибавку к гонорару для каждого отдельного выпуска.
– Прибавку… Всего пятьсот евро. И потом я понял, что должен пить воду в каждой передаче.
Джури решает его поддержать.
– Да, это не очевидно.
– Что-то я не помню, чтобы я видел тебя на том совещании.
Риккардо не дает вспыхнуть возможному спору и подавляет его в зародыше:
– Я ему об этом рассказал в тот же вечер.
Джури смотрит на меня и улыбается. Он рад, что принес своей команде еще одно очко. Риккардо умнее и старается на него не смотреть. Я все больше и больше убеждаюсь, что в тот день я должен был поступить по-своему, как тогда хотел.
– Ладно, мне жаль, что возникло это непонимание. Мы можем все уладить и продолжить запись?
Риккардо бросает взгляд на Джури, и тот едва заметно кивает головой в знак согласия.
– Да, думаю, что да. Ну и как ты думаешь решить эту проблему? Мне жаль, но было действительно не очевидно, что мы должны пить.
– Хорошо, хватит об этом, это не проблема… – На самом деле это четко написано в договоре, который он подписал, но я решаю закрыть на это глаза и понести убытки. – А что если это будет тысячу евро за передачу?
Риккардо улыбается:
– Да, и пятьсот для Джури. – И он смотрит на меня так, словно эта мысль пришла ему в голову именно сейчас. – Ведь и он должен пить.
– Хорошо. Я велю приготовить для вас другой договор с этими условиями.
"Я выхожу из гримерки в коридор, делаю несколько шагов, а потом оглядываюсь по сторонам: никого нет. Я пинаю ногой первую попавшуюся дверь и вышибаю ее. Похоже, их делают из второразрядной фанеры; я думал, она окажется прочнее. Потом я замечаю кофемашину. Нахожу в кармане пятьдесят евроцентов и беру кофе.