– Казалось, все шло хорошо, но я увидел крошечное вздутие, вызванное увеличенным лимфоузлом, так что попросил вас сдать особые анализы. Я надеялся, что был слишком придирчив, и что это просто воспаление, но, к сожалению, это не так. У вас опухоль. И это проблемная опухоль – лимфома Ходжкина.
Джин чувствует резкую боль и тут же начинает к себе прислушиваться: пытается углубиться в себя, уловить даже самое незначительное изменение, хотя бы минимальное неприятное ощущение, какую-нибудь крошечную помеху, но не чувствует ничего.
– Я велел вам сделать анализы дважды именно потому, что надеялся, что ошибся я сам, или что была ошибка в данных. Но это не так…
Они молчат несколько секунд, и Джин мысленно видит все, что происходило в последнее время.
– Ну и что нам теперь делать?
Врач ей улыбается.
– Нам повезло. Обследования во время беременности позволило нам обнаружить эту опухоль на начальной стадии. Следовательно, нам нужно сразу начать циклы химиотерапии и радиотерапии, и тогда мы победим болезнь полностью.
– А ребенок?
– Чтобы начать это лечение и победить опухоль, мы должны прервать беременность.
Джин ошеломлена этими словами. Потерять Аврору, потерять ее так, только что ее увидев, услышав, как быстро бьется ее сердечко, почувствовав, как иногда она тихонько брыкается, – и уже больше никогда ее не увидеть? И уже никогда ее не встретить, даже случайно?
– Нет.
Врач смотрит на нее изумленно.
– Что «нет»?
– Нет, я не хочу потерять мою дочь.
Он кивает.
– Я предполагал, что вы можете так ответить. Это ваше решение. Хотите немного подумать? Поговорить со своим мужем, близкими?"
"– Нет, я уже решила. Какие могут быть последствия, если я подожду, пока пройдут эти месяцы?
– Не знаю. Лимфома может расти очень медленно, и тогда у нас не будет большой проблемы начать лечение после рождения вашей дочери. Но она может оказаться и агрессивной, и тогда нам придется приложить гораздо больше усилий.