Не понимаю, в чем может быть проблема. Но когда я вхожу в театр Делле-Витторие, мне уже не нужны объяснения. Симоне в центре съемочной площадки вместе с Паолой Бельфьоре. Джури и Дания сидят по обеим сторонам от них, боком к участникам.
– Мы с Паолой придумали вот это. Она будет Сивиллой, которая предсказывает будущее каких-то предметов или слов, а участники должны угадывать. Ну вот, например…
Симоне указывает на Паолу, которая, с приколотым к одежде микрофончиком, говорит:
– Хлеб.
– Ну и какими могут быть тогда ответы? Леонардо!
Ассистент студии, изображающий участников, отвечает:
– Его съедят.
Симоне делает вид, будто подглядывает в ответ на листке, который он держит в руках.
– Нет.
Леонардо пытается еще раз:
– Его благословят!
– Точно! Ну, вы поняли? Это просто, но забавно. А потом, если они будут долго раздумывать, я дам подсказки.
Ренци подходит ко мне.
– Ты видел?
– Да…
– И что мы можем сделать?
– Думаю, ничего. Жаль. У него все шло так хорошо.
– Еще как! А теперь нужно посмотреть, как долго он продержится с ней.
– Но ты еще должен учесть, что он стал таким важным, и если тут Бельфьоре, то это целиком его вина или заслуга, мы тут ни при чем.
Ренци мне улыбается.
– Точно. А как тебе игра?
– Ерундовая. Но он превращает в золото даже ерунду. Так что у нее будет отличный рейтинг. Ладно, пойдем с ней поздороваемся…
Мы подходим поближе.
– Привет, Паола.
– Привет, Стефано! – Она спускается с площадки и прикрывает рукой прикрепленный к кофточке микрофон, чтобы ее никто не услышал.
– Не за что, а Симоне молодец. Мы все довольны.
Я смотрю на него издалека и поднимаю большой палец.
Он трясет сжатым кулаком.
– Эта игра идет отлично. Поверь мне, Стефано…
– А как я могу тебе не верить? Я в тебе уверен!
Он видит, как я ухожу из студии, и его улыбка тускнеет.
Входит режиссер, Роберто Манни.
– Пятиминутный перерыв, пожалуйста. Позовете мне Джанни Дорати? Я хочу сделать особое освещение для нашей очаровательной Сивиллы.
Но Симоне берет ее за руку.
– Опять переходишь границы? Это уж слишком! Мы с ней пойдем пить кофе, позовите нас, когда возобновят репетицию.
И они уходят, обнявшись, смеясь и не таясь.
Джури берет мобильник:
– Пеппе? Да, извини, но мне нужно с тобой поговорить, во что бы то ни стало. Нет, черт побери, так не пойдет.