Я был юнцом, озлобленным и агрессивным, и тогда рядом еще был мой друг Полло и его ложь. Другие времена. А теперь я здесь, потому что вот-вот снова внесу изменения в свою книгу записей актов гражданского состояния: из состояния мужа перейду в состояние отца. И, несмотря на все, что произошло в последнее время, я очень взволнован. Я следую указателям. «Платное отделение». Поднимаюсь на второй этаж и в конце коридора вижу Франческу и Габриэле.
– Привет, как Джин?
Отец улыбается, кивает, но не говорит ни слова.
– Все в порядке, она там, осталось немного, врач сказал, что раскрытие полное. Войди, если хочешь, если не боишься…
Я ей улыбаюсь, а она, словно извиняясь, добавляет:
– Многие хотели бы, но не выдерживают. Габриэле, когда я рожала, так и не набрался смелости войти. Просто чудо, что он добрался сюда сегодня. Ему становится плохо, когда он входит в больницу, он едва не падает в обморок.
Габриэле смеется и наконец обретает дар речи:
– Ну нет, ты на меня наговариваешь! В этот раз мне хорошо! А вот теперь из-за тебя будет не по себе.
Я оставляю их препираться, толкаю большую дверь и оказываюсь в идеально стерильной палате, в которой холоднее, чем в коридоре. Сразу же появляется медсестра.
– Вы кто?
– Муж Джиневры Биро, ее ведет доктор Фламини.
– Да, она там. Хотите присутствовать? Она вот-вот родит…
– Уже?
– А вы не рады? Или вы хотели провести здесь весь день?
– Нет-нет.
– Ну тогда наденьте вот это."
"Она передает мне темно-зеленую одежду в небольшом прозрачном мешке.
– Да, еще раз, вот так, так, отлично, тужьтесь… Ну вот, хватит, теперь дышите. Скоро начнем сначала.
Врач меня замечает.
– Здравствуйте, встаньте там, сбоку, в изголовье, за Джиневрой.
– Любимый, ты пришел.
– Да.
Больше я ничего не говорю, чтобы все не испортить, чтобы не сделать что-то не так.
Джин мне улыбается, протягивает руку. Я беру ее и остаюсь в таком положении, немного ошеломленный. Не очень понимаю, что делать. А потом я чувствую, как она сильно сжимает мою руку.
– Ну вот, ребенок уже выходит, я вижу головку. Продолжайте так, давайте, тужьтесь, теперь дышите, еще сильнее, тужьтесь, тужьтесь!
Джин часто дышит, делая вдох за вдохом.