Присмотревшись, я вижу: не врет. И даже косу попыталась заплести, правда получилось наподобие потрепанной змейки.
— Крольчонок, времени еще навалом, — я успокаивающе глажу ее по плечу. — Твой папа сказал, что выезд в половине девятого. Может еще полежим чуть-чуть, а?
Но Полина остается непреклонной. Недовольно сводит брови и, спрыгнув на пол, стягивает с меня одеяло.
— Ну вставай! Ты еще в ванной час провозишься, потом завтракать нас заставишь… Машина же может уехать."
"Вот сейчас обидно было. Да я ни разу в ванной час не торчала, просто потому что не могу себе позволить такую роскошь.
Но взволнованное лицо дочки действует на меня безотказно. Я со вздохом поднимаюсь и закрываюсь в ванной, где меня ждет дилемма: мыть воронье гнездо, разместившееся у меня на макушке, или и так сойдет?
Лень и здравый смысл склоняют меня ко второму варианту, но потом перед глазами возникает Роберт в своем ярком поло, и я машинально выдавливаю на руку шампунь.
А вот и мимо, товарищи. Залет конечно был, но мы не поженились.
Скептически оценив в зеркале ярко-розовую спину, которую не спасли даже тень и SPF 50, я з выхожу из ванной.
— Мам, Роберт зашел за нами на завтрак! — сходу сообщает Полина, заставляя меня машинально схватиться за махровый узел на груди.
Вот же… Так и до проблем с сердцем недолго. И ведь точно, пришел. Прямо на моей кровати сидит.
— Рановато я? — Роберт указывает взглядом на мою голову, а потом — на босые ноги, не слишком надежно прикрытые отельным полотенцем.
Все-таки хорошо, что я помыла волосы, не став поддерживать имидж неряхи-няни. Потому что для семи часов утра выглядит отец Полины поистине фантастично.
А вот еще одна неважная новость — пока Роберт меня разглядывает, на моей голове по-прежнему намотан уродливый здоровенный тюрбан.
— Рановато, — безжалостно подтверждаю я и шагаю к туалетному столику, чтобы начать демонстративно мазаться кремом.