То ему казалось, что Александра, пытаясь сбежать, прыгает из высокого окна, а он как раз уже ее нашел, и бежит к дому, и кричит ""не-е-ет!"", а Александра медленно кружится в воздухе, как осенний лист, и неумолимо приближается к земле...
...Он в ужасе подскочил. Ночь, кровать, запах краски. Лоб потный, во рту сухо, сердце колотится.
Видимо, на него так повлияли ядовитые испарения, попытался успокоить себя Алексей. Он встал, пошел на кухню, на всякий случай, как ни нелепо, приоткрыл дверцу холодильника и обрадовался, увидев, что там есть еда.
Он выпил воды, выкурил сигарету... И решил больше не ложиться. До Орла примерно триста восемьдесят километров, это часов шесть на машине, не меньше... Лучше ехать поездом, а там поймать тачку, чтобы добраться до села, где находилась артель.
...Артель напрасный труд, как обозвал ее Никитич, он нашел легко: первый же пойманный частник знал местную достопримечательность.
Алексей вытащил фото Иммануила из нагрудного кармана:
– Этот человек, по моим сведениям, купил у вас не меньше двенадцати медальонов, вот таких, как тут у вас на витрине...
Строго говоря, Алексей уже сомневался в этих ""сведениях"" – Иммануил отрицал свою причастность к медальонам, и, весьма вероятно, не лгал.
– Дуняша! – позвал мужчина, к которому обратился детектив.
Дуняша, полная деваха с пышной грудью, светлыми крашеными волосами и малиновой помадой на губах, приблизилась и заглянула в фотографию, которую развернул в ее сторону детектив.
– Такого не видела, нет. У меня хорошая память на лица. А вот зато другого помню, коли вас интересуют двенадцать медальонов. Странный был такой тип, запомнила его хорошо.
– И вы уверены, что ничего общего с человеком, изображенным на фотографии?
– Глаза немного похожи.
– Через какое время?
– Не помню уже...