Надо Алешу предупредить!!! Тут ловушка!!! Этот Бенедикт, он хочет его убить!!!
...Но как Алешу предупредить???!!!
...Но если Алеша сюда не придет, то Бенедикт убьет меня!!!""
Александра закрыла ладонями лицо. Чувство бессилия заполонило ее. Отчаянного бессилия. Такого отчаянного, что она почувствовала слабость во всем теле. Даже заплакать не было сил. Впрочем, в слезах нет никакого ни смысла, ни толка, так что вовсе незачем плакать... Думать надо!
Но думать не получалось. Ни одной мысли не было. Ни одной. Она просидела на диване еще какое-то время, бездумно слушая радио и бездумно поглядывая на книгу.
...""Человечество до сих пор мается в двух крайних определениях любви: первое из них романтически-возвышенное, идеально-нереальное чувство; второе же упрощенно сводится к сексу. Но ни один из этих взглядов на любовь не описывает ее истинной сущности...
Любовь к другому есть, по сути, разновидность любви к себе. В любви к, казалось бы, Другому мы, на самом деле, любим свое Я, отраженное в восхищенных глазах Другого.
""...Это значит, я люблю Алешу потому, что он ценит меня? А он меня потому, что я ценю его? Но как же тогда другие ""восхищенные"", которых у меня тьма-тьмущая? Почему я никого из них не любила?
Или... Или они не так ценят? Не то ценят? А Алеша увидел, распознал именно ТО? Что важно для меня, что я сама в себе ценю?""
Она снова опустила глаза в текст. ""Другой вопрос, в чем именно видится ценность этого восхищения.
"Вот почему люди так нуждаются в комплиментах и так падки на них. Я уверен, что вы это не раз наблюдали в жизни. А особо наблюдательные замечали и за собой. Вспомните, какое радостное тепло растекается по телу, когда вам говорят лестные вещи. Как зажигают они ваши глаза и наливают щеки румянцем удовольствия.
Теперь, если вы согласны со мной, то вам легко будет согласиться и со следующей мыслью: причины собственнического отношения к Другому кроются как раз в том, что при измене или разрыве мы словно теряем часть себя. Перестав отражаться в восхищенных глазах Другого, мы теряем свою высокую цену, свое величие. А смириться с такой потерей неимоверно трудно...""
Александра ощущала сильное сопротивление этим словам.