И вот на следующее утро он мне позвонил и сказал, что мистер Вентри даст мне инструмент, если я приду к нему домой, и я пошел, а он одолжил мне его. Но это был только заем до нового концерта… если мистер Эванс разрешит мне в нем участвовать, — закончил он уныло."
"— Все это похоже на правду, — заметил Тримбл, когда они выходили из Масоник-Холл. — Нужно будет проверить у Диксона рассказ поляка, но все кажется довольно правдивым. Если так, это будет еще одна проблема, которую должен будет разрешить мистер Вентри.
— Кажется, он очень удивился, когда при нас обнаружил, что его нет на месте, — заметил Тейт.
— Тогда, по крайней мере, это может значить, что потом он каким-то образом нашел его, не сказав нам ни слова, что само по себе подозрительно. Сначала машины, потом кларнеты, — сказал Тримбл с необычным для него юмором. Он просто мастер терять вещи, а потом находить их. Вам не приходило в голову, что, если человек хочет, чтобы было невозможно доказать, кто играл на этом инструменте в тот вечер в оркестре, он вряд ли мог сделать это лучше, чем Вентри?
Тейт еще не совсем освоился с новыми доверительными отношениями, которые вдруг возникли между ним и начальником.
— Ах да, понимаю! Отпечатки пальцев! — наконец вымолвил он.
— Вот именно, отпечатки! Ясно, что если на этом кларнете играли во время концерта, на нем должны остаться отпечатки пальцев музыканта.
— Дайте подумать. Что же получается, рассуждал Тримбл, пока они неторопливо удалялись от Масоник-Холл по тихим улочкам Маркгемптона. — У Вентри пропадает кларнет в вечер концерта, другими словами, он дает его взаймы человеку… назовем его Икс, чтобы он занял в оркестре место Дженкинсона. Сам Вентри, конечно, занимается тем, что встречает Дженкинсона на станции, и избавляется от него. Совершил преступление Вентри или Икс, сейчас сказать не могу.