Его шумные речи ужасно надоели детям в учебной аудитории, и мы вместе вытолкали его взашей.
Дослушав до этого места, Лань Сычжуй не выдержал:
— Молодой господин Цинь, даже если он надоел вам, всё же не сделал ничего предосудительного… Зачем же было выгонять его?
Вэй Усянь:
— Молодой господин Цинь, всё это звучит так, словно вы, дети хозяйского рода, все вместе разозлили его. Но занимали ли лично вы в этом происшествии какое-то особое место? Если нет, то он наверняка отправился бы мстить не только вам, но и всем остальным участникам тех событий.
Молодой господин Цинь ответил:
— Тогда я первым велел ему убираться и ограничился лишь словом. Но кто же знал, что остальные давно ждали сигнала к действию, и их было уже не остановить. В итоге он затаил на нас обиду и по возвращении домой сказал бабушке, что больше не пойдёт на занятия. И с тех пор не ходил.
Вэй Усянь:
— Я задам вам ещё два вопроса. И прошу вас непременно ответить честно, молодой господин Цинь.
— Задавайте.
— Первый вопрос.
Помолчав, мужчина спросил:
— Это настолько важно?
— Тогда… второй вопрос. Кто же всё-таки предложил верный ответ на задачу, которую задал учитель на том уроке?"
"Лицо молодого господина Циня посуровело, он встряхнул рукавами, но ответил всё с тем же безразличием:
— Эта старая история, со времён которой прошло немало лет, уж простите, что я не могу припомнить всё до мельчайших деталей.
Вэй Усянь мило улыбнулся и сказал:
— Хорошо. Я понимаю, понимаю.
Лань Ванцзи спросил:
— Когда умер этот человек?
— Примерно два года назад.
Вэй Усянь изумился:
— Два года? Неплохо, его нельзя считать давно умершим, но и свежим не назовёшь.
— Нет. Говорили, что он пьяный посреди ночи шатался по улице, не смотрел под ноги, упал и разбился насмерть.
— Если это не самоубийство, ситуация становится немного более благоприятной. Молодой господин Цинь, вы больше ничего не хотите нам рассказать?
— Это всё.
— В таком случае, мы должны откланяться. Не волнуйтесь, вскоре вам пришлют готовый талисман.