– Какого хрена? – вспылил парень, сузив глаза.
И под его взглядом я ощутила себя олененком, в которого целятся из винтовки.
Сколько ему? Семнадцать? Восемнадцать? Почему-то факт, что мы оказались примерно одного возраста, лишь усугублял положение. Я наклонила голову, а щеки запылали так сильно, что казалось, все вокруг вот-вот загорится.
– Ты подслушивала? – выдавил он сквозь сжатые челюсти.
Я отчаянно замотала головой, пытаясь скрыть правду. Но у меня никогда не получалось врать.
– Клянусь, я ничего не слышала, – выпалила я.
Еще одна ложь.
Я никогда не считала себя трусливой курицей. И всегда храбро встречала неприятности. Но в тот момент все мое бесстрашие куда-то испарилось. Ведь на самом деле мне вообще не следовало находиться в его доме. И уж тем более подслушивать то, что не было предназначено для моих ушей.
Парень шагнул ближе ко мне. Я отступила на шаг. Его глаза казались безжизненными, но красные пухлые губы выглядели очень даже живыми.
– Как тебя зовут? – требовательно спросил он.
От парня исходил восхитительный аромат – пряный мальчишеский аромат со сладковатой ноткой пота и кислинкой гормонов, который смешивался с запахом порошка, применяемым мамой для стирки его вещей.
– Эмилия. – Я прочистила горло и протянула ему руку. – Но друзья зовут меня Милли. И вы тоже можете называть меня так.
На его лице не отразилось ни единой эмоции.
– Ты охренительно налажала, Эмилия.
Он растянул мое имя, явно насмехаясь над моим южным акцентом, и проигнорировал протянутую руку.
Я быстро отдернула ее за спину, а щеки залились краской от смущения.
– Выбрала очень хреновое время и очень хреновое место. Если ты еще хоть раз решишь зайти в мой дом, обязательно захвати мешок для трупов – он тебе пригодится, потому что живой ты отсюда не уйдешь.
И парень пронесся мимо, задевая меня своим плечом."
"От этих слов у меня перехватило дыхание. Я покосилась на мужчину, и наши взгляды встретились. Он встряхнул головой и ухмыльнулся мне так, что тут же захотелось забиться в уголок или исчезнуть.