Взял свою винтовку как старого друга и вышел из-под защиты брони. Пока в нас никто не стрелял. Мы двинулись в ближайший коридор до рубки, сокращая дистанцию.
Противник не дремал и, похоже, очнулся. Снова погоня и мой щит засверкал, принимая на себя шальные удары. Я развернулся, пытаясь отстреливаться, однако врагов было много. И нам пришлось посильнее отталкиваться от пола пытаясь убежать. Вчетвером мы старались держаться вместе, но враг обложил нас со всех сторон. Парнишка с позывным «Беркут», из моего взвода остановился, увидев хорошее место для обороны, и приказал нам уходить.
Мы выбежали прямо в тыл засевших врагов, что осаждали рубку. Враги такой наглости не ожидали, пришлось им напомнить о себе. Ударами клинков я распорол ближайшее тело, засунув их в самое слабое место в районе почек.
Три ствола направили мне в грудь, пробуя на прочность мой щит. Но в ближнем бою я себя чувствовал уверенно и схватил ближайшего врага за автомат и выдернул его пушку, прикрываясь его тушкой, словно щитом. Двумя ударами прикладом я вынес ему бронированное стекло его шлема, и он задохнулся, так как корабль полный дыр и уже без систем жизнеобеспечения. Его тело я кинул во врага, словно тараном сбивая прицел со своей персоны. От смертельного потока из игл, на скорости рванулся к своим, так как я уже бывал в подобном замесе и на опыте знаю, что выжить так шансов у меня не будет.
"— За мной! — крикнул я своим. Но они замешкались, и до баррикад на рубке они уже не добрались, осев на пол с простреленными спинами. Щита осталось совсем чуть — чуть, как я ввалился к своим под прикрытием нескольких стволов. Тут был весь персонал, что еще мог держать оружие. Все раненые находились на мостике под прикрытием брони толстых стенок капитанской рубки.
Взглядом нашел Старика. Он оттаскивал раненых в укрытие. Его капитанский бронескаф было невозможно перепутать.
— Товарищ капитан, я сделал все что мог. — отчитался я. От обиды комок подкатывал к горлу.
— Я знаю Берд. Теперь бери автомат и добивай остатки!
— Какие на хрен остатки? Их тут меньше не становится.