А то как ляпнул бы что-нибудь насчет моего вторичного появления тут.
С каждой секундой моя неуверенность в шансе на благополучное трудоустройство становится всё больше и больше. Она разрастается внутри и набирает силу, как вышедшая из берегов бурная река в половодье. И сохранять спокойное выражение лица в таком паническом состоянии, мягко говоря, трудновато.
Выручает меня, сам того не подозревая, сам Короленко.
Игнорируя мое близкое соседство по полной программе, он выходит на сумрачную площадку подземного гаража в подвальной части старого заводского здания.
Но мне это только на руку.
Под предлогом того, что еле успеваю за широким шагом босса — кстати, в принципе так и есть, — я плетусь позади скромным хвостиком. За его широкой спиной меня практически не видно.
Таким образом мы успешно добираемся до лифта, который поднимает нас в просторное мрачное помещение с кучей громоздких конструкций загадочного назначения.
Дибир Давидович Агаев.
— У меня всё готово... - объявляет он, нацелив на нас свой кривоватый, когда-то сломанный нос, и его грубый голос спотыкается, -... к проверке, Артур.
Я непроизвольно втягиваю голову в плечи под его цепким взглядом и жду, что вот сейчас-то он меня разоблачит... но нет, он даже и не думает этого делать. Наоборот, неприятно усмехается и так, будто видит меня в первый раз, спрашивает у Короленко:
— Это, что ли, твоя долгожданная помощница? Мелковата на вид.
— Это Яна Несмеянова. Я ее беру не за юное личико, — отрезает тот и кивком предлагает мне следовать за ним.
Ноги так и подрагивают от напряженного ожидания неведомо чего, пока мы пересекаем помещение и проходим в длинный темный коридор. А мозг кипит, работая на пределе.
Почему Агаев меня не выдал? Решил, что вот теперь-то я никуда не денусь и соглашусь на его предложение шпионить за начальником?.
Блин, вот попала.
Конечная точка нашего прибытия — дверь с табличкой «Полиграф-комната». Агаев обгоняет нас, чтобы открыть ее предупредительным жестом, не сводя с меня глаз.
— Проходи, Яночка, не стесняйся...
И в его интонациях звучат вкрадчивые нотки, как у мультяшного удава Каа, заманивающего глупую обезьянку в ловушку своих смертельных колец.