Пока я медленно закрываю и открываю рот, словно рыба, выброшенная на берег, заметно нервничающая коллега суетливой Ксюхи демонстративно прочищает горло.
— Девушка! Вы что, заснули?.. Вам же вопрос задали!
— Не...смеянова, — ляпаю я неожиданно для себя и тут же с ужасом думаю, что за фигню только что сказала. — Яна...
— Смеянова? — деловито переспрашивает Ксюха.
— Несмеянова, — тверже повторяю я, борясь с желанием побить себя по лбу из-за собственной дурости. Ну почему, почему на ум не пришло чтонибудь нормальное, вроде Смирновой или Ивановой? Так нет же, заклинило на дурацкой Несмеяне.
— Хорошо, подождите еще немного, пожалуйста. Сейчас я переговорю с отделом кадров...
Грохот со стороны огромного тренажерного зала — весьма многолюдного скорее всего из-за самой бюджетной стоимости по сравнению с вип-уровнями выше, — заставляет нас всех дружно вздрогнуть.
И почти сразу же с ближайшей группы беговых дорожек раздается отчаянный вопль:
— Помогите! Скорее! Петеньке плохо!!! Скорую, кто-нибудь, вызовите скорую!!! У него сердце.
"Всего одного взгляда достаточно, чтобы понять, какое ЧП стряслось в фитнес-клубе Короленко. Вопящая блондинка в гламурном розовом боди с черными леггинсами мечется вокруг лежащего на полу грузного тела какого-то солидного пузатого мужика в черной майке и заламывает руки. А вокруг этой парочки довольно быстро скапливается толпа.
Вот только никто из них ни хрена не предпринимает.
Чему их только на уроках ОБЖ в школе учили, спрашивается!
— Ксения! — резко произносит со стороны фойе угрожающе-низкий мужской голос, и я почти одновременно с ним громко обращаюсь к девушке с рецепшена:
— Звоните в скорую. Живо! — а сама опрометью бросаюсь к мужику-сердечнику через абсолютно безынициативную растерянную толпу мускулистых любителей фитнеса.
Уж для кого-кого, а для меня уроки оказания первой помощи не прошли даром. Но не потому что я была какой-то зубрилкой-отличницей, нет.
Просто лицо манекена, на котором проводились тренировки ОБЖ, безумно напоминало мне Семёна Ивановича. Единственного человека из мелких служащих Германа Мрачко, который действительно хорошо ко мне относился. Для меня он был как добрый дедушка, да и возраста был соответствующего.