— Надо было предупредить.
У меня вырывается нервный смешок.
— И что бы вы тогда сделали?
— Скорректировал бы маршрут и наше расписание немного иначе. Тебя не тошнит?
— Нет...
Я прикрываю глаза и слышу, как Короленко приглушенно переговаривается с пилотом. Кажется, они очень хорошие знакомые, судя по расслабленно свойскому общению. А затем вдруг на моих ушах оказываются большие чебурашкообразные наушники.
— Включи видео и сосредоточься на нем, — равнодушно роняет босс и сует мне в руки планшет.
Я растерянно тыкаю в первое попавшийся ролик.
Это что-то из туристического видеообозревателя, только менее рекламного характера. Приятный женский голос начинает ненавязчиво рассказывать о красотах величественных гор и солнечных долин. И чистый мощный звук наушников заглушает даже неприятный шум работающего двигателя.
Я и сама не замечаю, как увлекаюсь просмотром и успокаиваюсь. А страх полёта приглушается так незаметно, что я осознаю это только в момент прибытия.
Кукурузник начинает трясти, и неприятные ощущения снижения вырывают из состояния спасительной отрешённости.
На этот раз один из подлокотников кажется каким-то странно податливым, но мне слишком страшно, чтобы обратить на это внимание."
"Босс придвигается ближе и что-то говорит мне, но из-за наушников с журчащим голоском комментаторши я ничего не слышу. С перепугу пальцы никак не хотят разжиматься и выпускать подлокотники.
Внезапно голове становится легко и прохладно.
— Дыши поглубже, — спокойно произносит Короленко, стаскивая с меня наушники. — И делай это помедленнее. Потерпи еще несколько минут, мы почти прибыли на место.
Я случайно бросаю мечущийся взгляд в окно и в ужасе зажмуриваюсь.
Островерхие пики гор приближаются слишком быстро. Как будто мы действительно падаем, а не приземляемся в обычном порядке.
— Не смотри туда.
Широкая ладонь босса властно ложится на мою щёку и разворачивает к себе. Чувствую, как моё лицо утыкается в плотную ткань его пиджака... и знакомый аромат брутального мускуса и горьковато-легкого озона перед грозой опьяняет меня с первого же вздоха. И мысли в голове парадоксальным образом очищаются от паники, уступая место неуместному девичьему трепету.
Боже, этот мужчина пахнет просто...