Ни один из демонологов не может знать ритуалов призыва абсолютно всех демонов. Работа с каждым из них — это очень сложный и трудоемкий процесс. Кроме того, опасный. Поэтому любой демонолог ограничен своими возможностями.
— Даже Окулов? — на всякий случай уточнил я в целях общей информации.
— И он в том числе. Не перебивай меня, а то поставлю в угол на горох, — недовольно пробурчал Александр Григорьевич.
— Извините…
— Принято, — кивнул он. — Вот и смотри, что получается. Если знать, какие именно ритуалы призыва есть в распоряжении Шмакова, затем выяснить, когда и какой из них он применял последний раз, то останутся сущие пустяки.
— Зачем это? — не сразу сообразил я.
— Ну как же… Чем ты слушаешь? Я же тебе сказал, Афанасий — хороший специалист, и знал больше, чем парочку ритуалов. Следовательно, мог выбрать один из нескольких вариантов, — пожал плечами Чертков. — Это же очевидно…
Все это выглядело очень правдоподобно. Александр Григорьевич прав, нечто такое вполне могло произойти. Правда, чтобы это сработало, был еще один момент…
— Не знаю… Звучит вроде бы логично, но… Чтобы все это провернуть, должен быть кто-то, кто наверняка знал обо всем этом и лично был знаком со Шмаковым, — сказал я.
— Или просто был знаком с человеком, который владеет всей этой информацией, — подвел итог моим догадкам наставник. — Все так и есть. Вот только почему ты думаешь, что это невозможно?
В этот момент чайник громко забулькал и звонко щелкнул выключатель, давая нам знать, что вода в нем закипела. Я встал со стула и начал заваривать чай, раздумывая о последних словах Черткова.
Действительно… Почему я решил, что такого не могло быть? Тогда… Получается, что предали не только Шмакова, но и Александра Николаевича… Выходит, предатель рядом с ним?
Глава 22
— Может быть, конечно, не прям рядом с Императором, но мыслишь верно, Темников, — сказал Чертков, после того как я выдал свое предположение и шумно вдохнул чайный аромат, который исходил из его чашки. — Это кто-то из его близкого окружения.