Мелкая раскраснелась, ерзает подо мной, горит от желания, которое старательно пытается спрятать. Ее красивое тело мое – сомнений нет. Предало свою хозяйку и теперь подчиняется только мне. Каждая клеточка искрит от моих прикосновений. Бархат кожи вспыхивает и пылает под ладонями.
Однако мозг бунтует. Никогда не понимал, зачем девушкам этот ненужный орган, но с Линой… мне даже интересно.
В ее агатовых глазах – огонь борьбы и холод недоверия. Обжигающе-морозный контраст."
"Она бросает мне новый вызов, пробуждает бешеный охотничий азарт.
- Анализы мои, значит, хочешь увидеть?
Приподнимаюсь на локтях, лукаво всматриваясь в румяное лицо. Упираюсь кулаками в диван по обе стороны от Лины. Беру ее в капкан. Раскрытая, полуобнаженная, пойманная в силки, она все равно не сдается.
- Почему нет? Тебе есть, что скрывать? – выставив руки перед собой, сжимается и прячется от меня. - В конце концов, ты мою медкарту сегодня от корки до корки пролистал. Теперь, как настоящий мужчина, покажи свою! – вредно морщит носик.
- Да без проблем, - усмехаюсь, дезориентируя ее своей уверенностью. – Правда, обычно женщины требуют несколько другое доказательство мужской «истинности». Ты не перестаешь меня удивлять, - бубню себе под нос, пытаясь отвлечься пустой болтовней.
С серьезным, деловитым видом поправляю на ней лифчик, возвращая его на место, веду подушечками пальцев по декольте. Аккуратно, словно перышком дотрагиваюсь. Затем легко и невесомо целую верх груди.
- Рома!
Получаю слабый шлепок по лбу, а Лина взбрыкивает подо мной, как породистая вороная лошадка, которую оседлали без уважения.
- Что? – смеюсь, чмокая ее в щеки, пока она отчаянно вертит головой. - Через поцелуй такое не передается.
- Мало ли! - фыркает мне в лицо. - Нормальные люди и не беременеют так, как мы с тобой!
- Согласен, - подмигиваю ей. – Мы особенные.
Пока она злится, ловлю ее губы и все-таки целую. Целомудренно, будто в монахи записался. Но Лина и этого мне не позволяет. Накрывает мой рот ладонью. Осталось марлевую маску на меня нацепить.
Внутри гадко царапает. Становится неприятно, что мелкая ставит меня на одну ступень подлости с Колей.