- Ром, ну а что? Не мог же я такой капризной девушке свою съемную однушку на окраине показать, - вздыхает и виновато разводит руками.
- Рисовался перед ней за мой счет?
- Пытался соответствовать. Прости, - складывает ладони в умоляющем жесте. – Но мы там не делали ничего предосудительного. В спальню не заходили даже, не то чтобы… - пугается моего грозного вида и съеживается. – Не веришь? По камерам своим посмотри! Мы буквально минут десять в гостиной посидели, сок попили – и ушли. Не целовались, ничего.
- Идиот, - качаю головой. - Нет никаких камер.
Знал бы Коля, чем закончился его гениальный план по окучиванию невесты, никогда бы так не поступил.
Монашка?
От одного только воспоминания о том, какая она «под рясой», я воспламеняюсь. И горю в адском пламени. За все свои грехи. Прошлые, будущие. Авансом. До конца дней.
Черт! За что мне такое испытание?
- Согласен. Прости. И за котяру прости, - изображает раскаяние.
- А за Ритку? – озвучиваю следующее обвинение. Как следователь на допросе. Не хватает яркой лампы, чтобы направить ему в бесстыжие, красные глаза."
"- А что она? Я ключи ей не давал, как ты и говорил, - выставляет ладони перед собой.
- Какого лешего она ночью ко мне завалилась полуголая? Сказала, по твоей наводке.
- Тц, коза, - разочарованно цокает. – Ну да, каюсь, эсэмэску ей бросил, когда ты в клубе появился. И все! Честное слово. Всего одно сообщение. Безобидное! К тому же, я должен ей был.
Да и плевать!
- Свинья ты, а не друг. В вопросе баб всегда обязан быть на моей стороне! Как тебе верить теперь? – рычу, как бешеное животное.
То ли из-за Ритки злюсь, то ли из-за того, что она Коле помогала невинную девчонку соблазнять. Все раздражает!
– Я все, что скажешь, для тебя сделаю! Клянусь.
«Лину отдай», - проносится в голове, но я мысленно отправляю себя в нокаут.
Зачем мне чужая невеста? Еще и бывшая девственница. Прицепится – и не расстанешься, когда надоест. А я от всех баб рано или поздно устаю, вряд ли она исключение. Зря только жизнь ей ломать. И рушить будущую ячейку общества.
Скептически смотрю на Колю. Хреновый из него глава семейства выйдет, конечно…
Значит, перевоспитаем.