Дива

— Вы куда Костыля дели?

— Уверяю тебя, во всём разберёмся, — он внутренне трепетал от напряжения и потому речь была нелогичной, рваной. — У тебя есть предложение?

— Есть, и даже не одно! У меня много предложений: знаешь ведь, я женщина щедрая.

— Говори, то есть называй, обозначь, — совсем уж кос­ноязычно произнёс губернатор.

— Лучше покажу!

Дива Никитична молча подала знак Дракошам, бо­ковая дверь скотовозки открылась, и оттуда чуть ли не под ноги губернатору полетели битые волки — матё­рый самец, крупная, с рыжим подпалом, самка и два переярка.

— Это что такое?..

— Подарки Костылю везла! Можешь поздравить с по­лем.

— Поздравляю, — озабоченно проговорил он, рассма­тривая чужую добычу. — Откуда?.. Каким образом?.. Ле­том?

— Мои ребята стаю обложили... говорю же: пореза­ли тёлку!

— Где? В каком месте?

— Какая разница где... В угодьях у Костыля бардак повсюду. Бумагу выдал: волков на пижменской террито­рии нет! Кто добудет хотя бы одного — премия тысячу долларов.

Угрозы пролетели мимо ушей губернатора.

— Дива Никитична, а этих... где обложили и взяли?

— На вырубах за старой дойкой, — нехотя отозвалась та.

Губернатор склонился над волчицей.

— Дива Никитична... А ты уверена, это волки?

Она не придала вопросу никакого значения.

— Ну не собаки же... Пусть Костыль заплатит за три телёнка и четыре стельных тёлки импортной породы.

— Заплатит! — клятвенно заверил губернатор. И как- то несолидно забормотал: — Действительно, за угодьями района не следит... Занят сбором грибов! Местное насе­ление страдает от самоуправства... Если ты настаиваешь, прикажу, чтобы уволили!

Вдова этого слушать не захотела.

— Я ничьей крови нынче не желаю — справедливо­сти хочу. И вообще, на переговоры приехала!

Губернатор насторожился, забегал взглядом, искал подсказки и не находил.

— На какие? — с надеждой спросил он. — По пово­ду чего?

— Предлагаю обмен!

— Какой обмен, Дива Никитична?

— Меняю принцессу на двух мужиков.

— Принцессу? — губернатор погладил себя по голо­ве, не избавившись от старой привычки вытирать поте­ющую лысину.

— Ну да, вы же её потеряли?..

— А не много тебе будет — двух? — с пугливой и од­новременно шутливой ревностью спросил он, осмысли­вая услышанное.

— Думаю, одна заморская дива стоит этого.

— Понятно.