Девушка слышала, как он говорит о чем-то по телефону с портье, одевается, собирает вещи. Она смотрела на свое отражение в зеркале и не узнавала себя. Алекс прошествовал мимо нее с чемоданом в руках. Саския разлепила губы и спросила вдогонку:
— Ты уходишь?
— Я переночую в другом номере. Вылечу в Нью-Йорк утром первым же рейсом.
— А как же завтрашняя встреча?
— Ты что, издеваешься? Ты и без меня прекрасно справишься. У меня была возможность убедиться, что ты способна добиться всего, чего только ни пожелаешь.
Девушке на секунду показалось, что в глазах Алекса пробежала тень сожаления.
— Значит, завтра ты навещаешь отца?
— Да.
— В таком случае передай, ему посчастливилось стать единственным человеком, которого мне хочется прикончить собственными руками. Пусть считает, что легко отделался.
Саския услышала стук закрывшейся двери и затихающий отзвук шагов по коридору.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Намеченная на утро встреча с сэром Родни и Правлением закончилась так, как и следовало ожидать. Саския машинально закрыла за собой дверь зала заседаний, прошла подлинному коридору и вышла из здания редакции. На улице моросил мелкий дождь и дул промозглый порывистый ветер. Девушка брела по тротуару, еле сдерживая слезы.
Случилось самое страшное. Важные люди из правления посчитали себя оскорбленными, когда Александр Котофидес — персона, пользующаяся авторитетом в бизнес среде, — вызвав их всех на это совещание, якобы чтобы развенчать слухи о своей помолвке с их сотрудницей, на встречу не явился. Правление расценило это как подтверждение некомпетентности Саскии Прентис.
Саския приняла все как должное. У нее не было аргументов, чтобы отстаивать свою позицию, она была просто не готова к этому.