И в кого ты такая пошла? А может, не такой уж я и ценитель женской красоты? Хотя какое мне дело? Ему виднее…
Я с трудом смогла сдержать рвущиеся наружу слезы и потупила взгляд, уставившись на носки своей обуви. На правду не обижаются, но разве нельзя было об этом промолчать? Фиолетовые глаза матери, в отличие от моих, бледно-голубых, в сочетании с пшеничного цвета волосами покорили не одного мужчину Я же не ловила на себе восхищенных взглядов. Обычная, ничем не примечательная лира…
Глава 3
— Если вам не сложно, лэр Хотдженс, объясните, пожалуйста, цель моего приезда, — я все же осмелилась подать голос, когда тишина, нарушаемая лишь сопением хозяина кабинета и размеренным тиканьем часов, стала давить на плечи как непомерный груз.
— Я принял окончательное решение относительно тебя: в следующую пятницу ты выходишь замуж.
Кровь схлынула с лица, а затем так же мгновенно прилила. Комната поплыла перед глазами — настолько сильно закружилась голова. «Наверняка я ослышалась.
— Как замуж? — спросила на этот раз решительно, осмелившись посмотреть на него прямо. На кону была моя судьба!
— А чему ты так удивлена? Что тут за новость такая неслыханная? — отчим фыркнул, но этот звук больше походил на хрюканье. — Выпускницы пансиона, как правило, отправляются сразу к алтарю. Тебе же доведется познать радости супружеской жизни немного раньше, — с ехидной ухмылкой проговорил он.
— Но ведь я еще не закончила учиться! Не попрощалась с подругой! — быстро выпалила я, вскочив с кресла.
— А ну сядь! Этому тебя учили в пансионе?! Или ты забыла, как подобает вести себя молодой лире?! Вздумала на шее у меня сидеть?! Ты хоть знаешь, как дорого мне обошлось твое обучение? Неблагодарная! — он ревел, как раненый дикий зверь, а маленькие черные глазки налились кровью от ярости.
Я, не чувствуя под собой пола, вновь опустилась в кресло и нервно сглотнула, однако в горле ужасно пересохло от волнения. Как так — решен?..
— Похоже, мое мнение относительно предстоящего брака вас не интересует, но позвольте тогда узнать имя будущего супруга, — в моем голосе сквозила обреченность.
— Зачем? — отчим пристально посмотрел мне в глаза. Я с трудом выдержала этот хищный взгляд. — Готовься к свадьбе.