Четыре тысячи я взял себе, остальное разделил между воинами своей турмы, дав декурионам на сто пятьдесят денариев больше.
57Гай Юлий Цезарь собирался отправиться в Британию с восемью легионами, но тревожная обстановка в Косматой Галлии заставила оставить три — двенадцатый, тринадцатый и четырнадцатый — на материки под командованием Тита Лабиена. Поскольку на судах освободилось много места, погрузили больше продовольствия и разрешили взять обоз. Вспомнив, как скучно было мне без ежедневных скандалов с какой-нибудь из жен или обеими сразу, взял их с собой.
"Снялись вечером во время отлива при попутном юго-западном ветре. Не знаю, кто посоветовал отправиться именно на ночь глядя. Подозреваю, что немалую роль сыграла боязнь моря, которой страдал проконсул. Мы удалились от берега миль на десять — и ветер стих. Для триремы это был плюс, а вот парусники остановились. Кто-то подавал какие-то сигналы, но я прикинулся слепо-глухим и отдал приказ двигаться дальше. Те, кто посоветовал выйти так поздно, пусть и дальше советуют остальным.
В начале утренних сумерек мы были уже возле берега немного западнее нужной точки. Подвернули вправо и через полчаса или немного больше были на месте. Сваи, вбитые в дно в прошлом году, кто-то выдернул. Над каструмом тоже основательно поработали, разрушив всё, что было легко сломать, а всё деревянное сожгли.
Решение оказалось верным. Матросы как раз притащили на берег четвертую сваю, когда дозорные увидели конный отряд, который двигался вдоль берега на запад. Шлюпка тут же рванула к триреме, которую я отвел еще метров на сто от берега, чтобы даже случайная стрела не долетела.