Песчаная подсохла за ночь, а глина не успела, так что имеем сразу две неприятности, поэтому едем медленно. Травы здесь больше, чем в центральных районах Западной Европы. Зимы мягкие, так что скот на выпасе практически круглый год. Бритты пока что отдают предпочтение коровам, хотя держат и овец, и коз. Ажиотажного спроса на британскую овечью шерсть пока нет, потому что из нее еще не научились делать тонкие дорогие ткани, а для грубых любая хороша. И птицу держит пока мало кто. Редко в каком поселение заметишь кур, уток или гусей.
К одному из таких поселений, оставленного жителями из-за подхода римской армии, мы и подъехали. Два десятка деревянных домов с соломенными крышами вытянулись по обе стороны дороги. Сразу за домами начинались неогороженные поля с высокой стерней без колосков, которые собрали с месяц назад. Стерня объедена и затоптана. Наверное, на полях пасся скот и заодно удобрял.
Мои бойцы обыскивали дома и другие постройки, надеясь найти что-нибудь ценное, не увезенное хозяевами, когда часовой доложил, что приближается враг. С противоположной стороны к деревне катили три колесницы, которые бритты называют эсседами. По конструкции я бы расположил их между шумерскими и египетскими: платформа прямоугольная деревянная, как у шумеров, но колеса высокие, около метра, окованные железом и с семью или девятью сравнительно тонкими спицами, что ближе к египтянам.
Эти три эсседы, как догадываюсь, были посланы на разведку. Ехали беспечно, устроив что-то типа гонок. Мы успели спрятаться и подпустить их вплотную.