Гезат

Там началось восстание, там и надо было начинать гасить его.

Моя турма была послана на разведку, поэтому первыми появились под валами поселения. Сказать, что римскую армию не ждали так быстро, ничего не сказать. В Кенабе шла обычная мирная жизнь. По пути к нему мы захватили несколько арб, на которых крестьяне везли в поселение на продажу муку, копченые окорока, сыры… Это всё нам самим пригодится, поэтому сразу спрятали в лесу. Если бы я захотел, могли бы запросто ворваться в Кенаб через открытые ворота, охраняемые десятком воинов.

Другое дело, что вход стоил бы рубль, а выход — три. Поэтому мы захватили почти всех, кто был по эту сторону ворот и отвели туда же, где прятали арбы с продуктами. Попробую по-тихому продать их работорговцам.

Карнуты поняли, что нас мало, и решили напасть, уже открыли ворота, когда увидели выезжавшую по дороге из леса конницу девятого легиона, который шел во главе походной колонны. Представляю, как у них портилось настроение по мере того, как из леса выходили все новые и новые легионы.

Наверное, когда убивали римлян, не думали, что расплачиваться придется так быстро."

"Поскольку Гай Юлий Цезарь пообещал, что Кенаб будет отдан на разграбление легионерам, осадные работы, несмотря на мелкий и нудный дождь, начались сразу. Одновременно шло строительство каструмов, которых возводили сразу три. Четырнадцатый легион вместе с тринадцатым и одиннадцатым остановились на том месте, где последний зимовал несколько лет назад.

Я оставил свою арбу за пределами каструма. Там тише, спокойнее и, главное, дальше от начальства, хотя с Квинтом Туллием Цицероном у нас опять возобновились литературные посиделки. Он рассказал, что необразованный, лишенный художественного вкуса римский плебс не оценил его шедевры по достоинству. Две трагедии, поставленные на собственные деньги, провалились с треском, после чего лучший поэт из легатов и лучший легат из поэтов принял решение не вкладываться в третью. Уверен, что зрители одобрили это решение.

Я предполагал, что осада продлится несколько дней. Капитуляцию Гай Юлий Цезарь принимать не будет ни на каких условиях. Кенаб должен быть уничтожен, чтобы все враги Рима запомнили, что его граждане неприкосновенны. Карнуты догадываются об этом, поэтому драться будут отчаянно. Так что можно не суетиться. Солдат спит — жалованье идет.