Сразу после прибытия двенадцатого легиона командующий созвал на совещание старших офицеров, включая Думнорикса, его брата Дивитиака и Лиска, избранного на год вергобретом (главным правителем) эдуев. Поскольку моя турма, за неимением в легионе других, сопровождала легата Децима Юния Брута Альбина на это мероприятие, я был в курсе того, что на нем решили. Выбор был не богатый: идти голодными за гельветами или отправиться в Бибракту, пополнить запасы и после этого возобновить преследование врага. Все, за исключением Думнорикса, высказались за второй вариант.
На следующее утро римская армия в полном составе отправилась в Бибракту. Только моя турма отправилась по следам гельветов. Я сказал легату, что хочу разведать, где находятся враги. На самом деле собирался найти и уничтожить небольшой отряд, разжиться трофеями, чтобы было, на что покупать еду у маркитантов. Есть одно мясо, добытое охотой, стало грустно."
"Скакали, как обычно, с выдвинутым вперед дозором из пяти всадников, которым командовал, как самый наблюдательный, командир третьей декурии Дуфф.
— Это наши. Тот самый отряд, что мы встречали перед нападением на тигуринов, — доложил Дуфф и сразу предложил: — Надо наказать этих предателей!
Конечно, надо. Вот только продать трофеи не сможем. Обязательно кто-нибудь увидит и узнает лошадей или доспехи. К тому же, лучше, если Думнорикс и дальше будет думать, что никто не знает о его контактах с гельветами.
— Нет, пусть скачут, — решил я.
Да, это был тот самый посланник Думнорикса, которого мы встречали раньше. Скакали они рысью, спешили. Мер предосторожности никаких не предпринимали. Да и зачем?! Для них свои обе стороны конфликта. При желании мы бы перебили предателей в два счета, но только проводили их взглядами, после чего поехали дальше.
Передовой разъезд гельветов мы заметили раньше, чем он нас. Восемь всадников скакали трусцой навстречу.