Меня такие заводят. Звали девушку Синни (Красивая), и это был редкий случай, когда имя отражало реальность. Концы ее двух толстых кос были сплетены за спиной, напоминая узду. Что ж, кобылка, ночью будешь объезжена. А поведешь себя неадекватно, продам и возьму другую.
Нашим избранницам и было поручено варить оленину. Котлов в наличии всего три, по одному не декурию. Никто ведь не предполагал, что захватим такую добычу. Поэтому сварили мясо в несколько заходов. Сперва поели мужчины, потом — дети и последними — женщины.
Для меня разметали верхушку одного из стогов, благодаря чему получилось широкое мягкое ложе. На него постелили попону, чтобы сено кололо. Ядреный запах жеребца, исходивший от нее, должен был, наверное, повышать потенцию. Синни забралась на брачное ложе без выпендрежа и легла на спину, положив руки вдоль тела.
"Ночь была душная, несмотря на прохладный ветерок с гор. Он налетал порывами, разгонял комаров и сразу стихал, будто именно насекомые были его главной целью. Наряженное лицо Синни в лунном свете казалось мертвенно-бледным. Глаза закрыты, губы плотно сжаты. Так понимаю, решили перед смертью попробовать, каково это — быть женщиной? Рубаха на ближней ко мне, правой ноге задралась, оголив коленку. Ниже колена кожа была загорелая, а выше — белая. От моего прикосновения Синни вздрогнула, потому что произошел легкий и острый разряд, будто стрельнуло током.