Моментально сообразив, что происходит, парень вручил тётке и жене по винтовке и отправил их присматривать за спящей малышкой, а сам, вооружившись, вышел на улицу. Проезжавшие мимо казаки одобрительно улыбались и вежливо здоровались. Из соседнего двора вышел атаман и, проводив станичников долгим, грустным взглядом, вздохнул:
— Стыдно казакам в глаза смотреть."
"— А чего вам стыдиться, Сергий Поликарпович? — повернулся к нему Мишка. — Вы своё дело туго знаете. В станице порядок, казаки к вам со всем уважением и суд ваш без лишнего слова принимают.
— Так-то оно всё так, — вздохнул казак, оглаживая бороду, — да только мне ведь самому стыдно. Атаман — это ведь не только по мирному времени командир. Это ещё и в бою старший.
— Ну, для боя казаки себе толкового командира выбрали, — снова попытался успокоить его парень. — А вот споры по чести разобрать — это уметь надо.
— Благодарствуй, Миша, — грустно улыбнулся атаман. — Твои-то все проснулись?
— Сразу, — кивнул парень. — Только Танюшка даже не почесалась, святая душа.
— На то и дитё, — понимающе усмехнулся казак. — Оружие приготовил?
— Сплю с ним, — усмехнулся в ответ Мишка.
— Добро. Сейчас сотня уйдёт, придётся нам с тобой охрану станицы затеять.
— Так я хоть сейчас. Всё своё с собой ношу, — ответил парень, качнув висевшим на плече винчестером.
— Ну, раз так, пойдём до околицы пройдёмся, — помолчав, неожиданно предложил атаман.
— Ждёте чего, Сергий Поликарпович? — насторожился Мишка.
— Пластуны наши пару раз на той стороне реки какие-то странные морды видели.
— Так может, есть смысл на нашем берегу секрет поставить? — тут же предложил Мишка. — Могу я пока посидеть. Только винтовку сменю и бинокль возьму.
— Рано ещё, — подумав, качнул атаман головой.
— Добро. Сделаю, — подобравшись, кивнул Мишка.
— А винтовку зачем менять? — вдруг спросил казак.
— Из этой только на улицах перестреливаться, — пустился в пояснения Мишка, снимая винчестер с плеча. — Перезаряжается быстро, но бьёт недалеко, хоть и точно. А другая у меня, считай, на версту дотянется.
— Это та, которую ты сам делал? — заинтересовался казак.
— Она, — кивнул Мишка. — Самовзвод.