Устроившись поудобнее, Мишка достал из чехла бинокль и, поднеся его к глазам, принялся всматриваться в противоположный берег, ища место, откуда удобнее всего было бы начать переправу так, чтобы не всполошить местных. Время приближалось к рассвету, и темнота сгустилась так, что рассмотреть что-то в подробностях было проблематично. Только тихая гладь реки просматривалась свободно.
Увлёкшись, Мишка и сам не заметил, как начало светать. И тут что-то странное царапнуло ему взгляд. Замерев, он медленно повёл биноклем в обратную сторону и, заметив какое-то шевеление, снова замер.
— Есть, Сергий Поликарпович. Переправляться собираются.
— Нешто, — прозвучало в ответ. — Стрельбу услышат, сами прибегут. Народ сейчас по другим местам в секретах сидит. Так что будем сами справляться.
«О как! — подумал про себя Мишка, быстро набивая магазины. — Похоже, тут всё давно уже отработано. Ладно. Сами так сами. Но выпускать эту сволочь нельзя».
Быстро набив все десять магазинов, он поднялся и, прихватив шкуру, на которой сидел, бесшумно скользнул к атаману. Присев рядом с ним, Мишка указал точное направление, откуда отчалили бандиты, и, подумав, предложил:
— Может, я дальше по берегу пробегу? Вы их тут встретите, а я тех, что последними пойдут, приму.
— Хочешь всю банду взять? — моментально сообразил казак.
— А чего с ними цацкаться? — пожал Мишка плечами. — Чем больше сейчас уничтожим, тем проще потом казакам воевать будет.
— Ох и не любишь ты их, — качнул атаман головой.
— Это само собой. Я в неё ем, — отшутился парень и бесшумно выскользнул из кустов.
Пробежав по берегу метров двести, выше по течению он нашёл подходящее место для стрельбы и, устроившись за поваленным кедровым стволом, снова достал бинокль. Теперь между ним и начавшими переправу бандитами было метров четыреста. До противоположного берега, точнее, до точки их отплытия, метров четыреста пятьдесят.