Достав из пространственного кармана веревку с крюком, ловко закинула его на башню и за пару секунд вбежала по отвесной стене, помогая цепляться клинками.
Туземцы, заметив инородное тело другого оттенка и пола, начали выкрикивать в ее адрес что-то нелестное. А также подтверждать слова техниками и заклинаниями.
Дункан ловко скакала, уворачиваясь от атак. В дальнем углу ее привлек один предмет.
— Спасибо всем богам! — выдохнула она, слегка улыбнувшись. Выглянув через зубья стены, Дункан крикнула: — Саша, тут вентилятор!
А тот испытывал нервы шаманов.
По щелчку пальцев взорвались две башни, погребя за собой несколько врагов.
— Тут точно есть хаос! Будь на чеку! — крикнул Есенин.
Дункан не надо было повторять дважды. Спрыгнув во внутренний двор, она закружилась в смертоносном танце. Приказа оставлять врага, вступившего в контакт с хаосом, не было, так что можно не сдерживаться.
Большие двустворчатые ворота упали с петель от удара ноги Есенина.
Зачистив стены, они нашли проход под землю.
— Ну, естественно! Кто же будет на солнышке хранить такой ценный артефакт, — закатила глаза Ася. — Опять сырость, влажность и недостаток освещения…
Она-то знала, что подземелья, особенно в подобных бедствующих странах, всегда сделаны на отвались. Простые земляные норы, где приходится идти, согнувшись в три погибели.
Но когда они открыли очередную дверь, их ждал просторный многометровый коридор, уходящий вниз.
— Ох! Это просто праздник какой-то, — выдохнула девушка.
Саша же был более лаконичен.
— Заеб…
Но из глубины в них прилетел сгусток темной материи. Есенин в последний момент успел выставить руку и поймать атаку. Но и Дункан не подвела.
У них были свои правила в случае подобных происшествий. Если не знаешь, что впереди всегда прячься за Есенина. Он и щит, и копье.
— Я разберусь, — серьезно сказал Есенин. — Это генерал хаоса.
— Поняла. Я на подстраховке.
— Да.
Больше никто не атаковал, но когда они дошли до огромного зала, прямо на алтаре стояло существо.
Да, именно существо в просторной мантии. Его лицо больше напоминало творение безумного художника. Впалые ямы глаз, и откуда горели два темно-зеленых огонька. Руки походили на кости, состоящие из тысячи мелких костяшек, что позволяло конечностям двигаться подобно кнуту. Вместо рта была широкая пасть с множеством мелких и острых зубов.