Она стоит посреди этого кошмара — бледная, как простыня, пальцы сжаты в замок.
- Давайте спокойно разберёмся… - начинает, но её тут же перебивают новым потоком претензий.
Чувствую, как по позвоночнику ползёт что-то мерзкое, липкое.
И тут меня замечает Тая.
Её взгляд цепляется за моё лицо. На мгновение жена застывает, будто не верит, что я здесь. В глазах вспыхивает злость. Она быстро отворачивается — словно моё присутствие ей противно.
Как будто это я во всём виноват.
Я в шоке. В полном, блядь, ахуе.
Это что, Карина всё устроила?
Она совсем сбрендила?
- А что это за розы у двери? - орёт кто-то из толпы.
Все на секунду замолкают, а потом начинается новая волна шума.
- Там минимум тысяча штук! - возмущается женщина с полотенцем. - Это что, к памятнику нашим ремонтам возложили?
Огромная груда алых роз заваливает весь проход. Лепестки рассыпались по полу, некоторые уже темнеют, впитывая грязную воду. Тот самый презент, который я отправил жене, гниет на глазах.
Долбанный театр абсурда.
Молча достаю телефон. Пальцы трясутся от бешенства, но я быстро набираю номер. Гудки.
Один.
Второй.
Вызываю полицию.
- Все заткнулись!
Гул обрывается. Люди ошарашенно замолкают.
- Квартиру вскрыли, виновница будет наказана! Отвалите от хозяйки. Не смейте на неё наезжать, ясно? - наступаю.
Никто не отвечает: только тяжёлое дыхание и раздражённые лица.
- И хватит орать! - добавляю жёстко. - Я оплачу всем ремонт.
Кто-то качает головой, кто-то фыркает. Присутствующие переглядываются, будто решая, стоит ли устраивать новый скандал.
Супруга всё ещё бледная, смотрит на меня, как на врага.
Тая медленно приближается, но в каждом её движении — ледяная решимость. Взгляд колючий, без капли благодарности.
Она не просто злится — в её глазах чистая ненависть.
- Слушай сюда, престарелый мачо, - чеканит фразы холодно, отчётливо, будто оглашая приговор. - Ты и твоя любовница за неделю полностью отремонтируете мою квартиру. Заплатите соседям за весь ущерб.
Голос ровный, но в нём сталь. Не крик, не истерика — хуже.
Полное презрение.
Открываю рот, чтобы ответить, но она продолжает, не позволяя вставить ни слова, будто я — пустое место.
- Заодно займись образованием любимой Карины, - тон, как ядовитая насмешка, - ты же квартиру ей собирался дарить за диплом, а она, бедняжка, из института вылетает. После ваших случек там решили, что деточка недостойна быть студенткой.
Меня прошибает холодный пот.