— Да ты… ты… — хватаю жадно воздух.
— Успокойся, — произносит он уже без малейшего чувства вины в голосе. — У меня здесь…
— Хватит, — взвизгиваю…
Не верю! Не хочу в это верить!
— Если ты сейчас, сию же минуту не вернёшься домой, то катись ко всем чертям, Мансуров! — кричу мужу в трубку, всхлипывая. — Оставайся с ней…
— Ты забываешься, — голос Тиграна звучит бездушно. — Если кто-то и покатится к чертям, так это ты, Мансурова!
Звонок неожиданно сбрасывается.
На плите закипают овощи на «Оливье», из «Алисы» доносится весёлая «Джингл бэлз», а на экране телевизора Наденька утешает пьяного Женю…
— Ма-ма, — теребит Савва подол моего шелкового платья.
Склоняюсь и крепко обнимаю сына.
— Папа не приедет, — проговариваю, чтобы самой наконец-то в это поверить. — Будем чудить сами!
Все еще трясущимися руками скроллю список контактов, часто поглядывая на сына. Грустного и расстроенного. Он уселся на диван и прикрыл руками лицо.
Плачет.
— Светлячок?
Быстрый взгляд на часы.
Восточная часть страны вот-вот вскроет шампанское и встретит Новый год.
А тут я пытаюсь хоть как-то спасти праздник для своего сына.
— Гордей, ты же еще играешь в кино, да?
На том конце чьи-то голоса, смех. Женский… Весёлый и задорный.
— Все верно, светлячок, — отвечает Гордей расслабленно.
— А Деда Мороза сможешь сыграть?
— Не проблема, если для тебя.
— Приедешь? Сейчас?
Его ответа жду как самого настоящего чуда.
Верить! Главное, верить!
— Присылай адрес, Никки! А я пока мешок с подарками поищу.
Тигран
— Тигран Рустамович, мы здесь действительно ни при чём… Сырьё обещали немцы, а сейчас трубки не берут. Ладно хоть деньги ещё не взяли.
— Почему ты думаешь, что мне это интересно, Йося? — склоняюсь над толстопузым и хватаю его за грудки.
Моя злость на максимуме. Два предыдущих часа я провёл в офисе “НефтеГаза”, лебезил перед тремя семидесятилетними стариками и просил не выкручивать мне руки.
— Ты знаешь какой мне штраф светит? — уточняю у своего поставщика.
— Догадываюсь, — признаётся он и тут же грустнеет.
— Я возьму с тебя натурой, старый еврей, если насосов не будет на объекте до окончания праздников.
— Но где я возьму…
— А это не мои проблемы, — проговариваю, отпуская его. Хватаю пальто со спинки стула, на котором кажется успел посидеть весь Советский Союз, до и после распада.
Чёрт.
Кира заметив мой взгляд, тут же тычет в меня предусмотрительно взятой пачкой влажных салфеток.