Внутри замок тоже мог бы напоминать скорее военное сооружение, но здесь я была категорична. Это всё же дом и хотелось вместо узких бойниц, большие окна с красивыми шторами благородного винного оттенка, ткань которых была, с захваченного Хальгордом торгового корабля.
На полу, выложенном каменными плитами, узорчатые ковры у подножия кровати пушистая шкура. Стены мы частично побелили, но под потолком оставили деревянные балки, в первозданном виде, на которых ученик Фолки вырезал руны для защиты и сохранности.
Единственное, что меня расстраивало, это узкие и тёмные коридоры, масляные лампы не давали достаточно света, а увеличить ширину, по заверениям Томаса не позволяла конструкция.
Но самым любимым местом в замке, конечно, была кухня. Большая светлая, с огромной печью. С тремя дверьми, которые вели в кладовую, общий холл и внутренний дворик с моим экспериментальным огородиком.
С отдельным рабочим столом, где было много шкафчиков и полочек. Шкафы-буфеты с нашей посудой, нам всё же удалось сделать смесь, что не стекала при обжиге и теперь в шкафах всего замка, стояли чайные и обеденные сервизы.
Строительство нашего замка завершилось всего три года назад, жаль, Томас не увидел это поистине потрясающее творение. Он умер за год до окончания, унося с собой мою тайну…
— Халь, — тихо окликнула мужа, но Хальгорд давно спал. Лицо мужчины сейчас было спокойным и умиротворённым.
Нам невероятно повезло, найти эту долину и старость мы с мужем встретим в спокойствие и достатке. А до неё осталось совсем немного, я не знаю, сколько было Эвелин, когда я очнулась в её теле, но полагаю, что не менее двадцати лет, сейчас моему младшему сыну столько же, старшему двадцать пять и скоро он обзаведётся детьми, одарив меня внуком.
"Аккуратно высвободив свою ладонь, чтобы не разбудить Хальгорда, поднялась с кресла. Из чуть приоткрытого окна тянуло вечерней прохладой и стоило укрыть Хальгорда пледом.